Книга Развод! Дракон, лапы прочь от моих абрикосов!, страница 101 – Аста Лид

— Простите, простите меня. Я правда вижу вашу заботу. И она мне очень приятна. Просто… — Снова вздыхаю.

— Просто вы никому сейчас не верите. — Неожиданно выдает лекарь. И звучит при этом… совершенно спокойно. Понимающе.

— Да. — Шепчу я, продолжая чесать Зубастика.

— И это совершенно нормально в нашей с вами ситуации. — Приходит мне ответ.

Робко смотрю на мужчину, словно проверяя — не врет ли он.

Но выглядит золотой дракон очень… хорошо.

В глазах нет насмешки.

Лицо спокойное и доброе. Улыбка теплая.

На какое-то время в комнате повисает пауза.

Но не неловкая. А какая-то уютная.

Удивительно, но рядом с блондином, почему-то очень приятно просто молчать.

Никогда не думала, что такое бывает!

— Ршшшшррр — Возвращает нас в реальность голос дневника моей матери.

Синхронно с Натаниэлем смотрим на него и видим презабавную картину.

Существо трется своей довольно упитанной попкой о ножку кресла. И при этом очень мило кряхтит.

Надо же! В моем мире они ведут себя так же.

Первой не выдерживаю я и начинаю тихонько хихикать.

Следом ко мне присоединяется лекарь.

Глазом не успеваю моргнуть, а мы уже с ним хохочем в голос.

— Ну, что! Давайте знакомиться с этим чудом поближе! — Когда нам удается отсмеяться, предлагает золотой дракон.

— Да, давайте. — Отвечаю я, вытирая слезы, выступившие на глаза.

Пострадали, пора и честь знать!

Ева

— Да ну неет! — Меряя шагами гостиную, словно заведенная, повторяю я.

— Боюсь, что да. — В который раз отвечает мне Натаниэль.

— Нет! Не может такого быть! — Эмоционально заявляю я, остановившись в центре комнаты.

— Да. Леди Оскуард. — Терпеливо говорит мужчина.

— Как такое вообще может быть! — Всплескиваю я руками!

— Ну, магия бывает разная. А черная. Она особенно интересная. — Тактично отмечает лекарь.

И вот вроде я уже успела привыкнуть к каменной фигурке, превращающейся в пушистого зайку.

Смогла приманить крылатого вомбата! И даже вырастить с помощью своего нового дара розы!

Но представить, что отец Евы продал её какому-то демону? Да блин! Вы серьезно?

— То есть, вы хотите сказать… — Начинаю рассуждать я вслух, потому что внутри это все держать у меня не получается.

Нет, для меня не новость, какими гадкими могут быть родственники, но это кажется уже просто переходит грань добра и зла.

— Что генерал, в здравом уме и трезвой памяти, обрек своего ребенка на смерть? — Под конец фразы, все-таки повышаю голос.

Сказать, что я возмущена — это ничего не сказать.

— Именно. Госпожа Оскуард. — Мягко произносит Натаниэль, поднимается с дивана и подходит ко мне.

— Да, зовите меня уже Ева. — Выдыхаю я, усилием воли разжимая кулаки, которые уже во всю живут отдельной от меня жизнью.

— Ева. Милая Ева. В любом случае он уже поплатился за свою сделку. — Осторожно беря меня за плечи, произносит мужчина.

И в этот момент я не понимаю, для чего он это делает: чтобы успокоить меня, или чтобы зафиксировать на одном месте, и не дать мне дальше мельтешить у него перед глазами.

— Господин Мэдгарт. — Отвечая я ему, глядя на то, как Зубастик сладко дремлет в кресле, прижавшись к внушительному боку вомбата. А что, тот мягкий, теплый.

Накрыл своим меховым крылом зайку и хорошо. Идиллия.

— Зовите меня Натаниэль. Ну, какой я вам господин Мэдгарт. — Предлагает врач.