Книга Нам писец, Юля!, страница 85 – Эльвира Осетина

Решив, что автор могла сменить называние и даже имя, что маловероятно, но не исключено, я решила поискать данные по называниям в книге. Уж это точно менять бы никто не стал.

Но ни имен, ни называний государств — ничего не было.

Абсолютная пустота.

Даже просто совпадений не было найдено.

Я какое-то время растерянно пялилась в экран, а затем решила поискать по разноцветному песцу.

И, что удивительно, нашла.

Одну маленькую статью-заметку о том, что в древности существовал такой бог. И что он приходил из другого мира.

И больше того, его можно было даже вызвать специальным ритуалом.

Зачем это делали древние африканские племена, непонятно, но я подумала, что хуже не будет, если я попробую.

Вдруг он вернется?

Ну или окончательно смогу убедиться в том, что повредилась головой, и со спокойным сердцем отправлюсь в больничку на лечение.

Перечитав несколько раз незамысловатый ритуал вызова бога из чужого мира, я скачала текст себе на телефон и пошла в ванную.

Там слышимость была не такой сильной.

Зажгла свечу, взяла нож, начертила круг с символами на бумаге. Нож обожгла огнем, уколола себе палец, выдавила каплю крови на бумагу и начала произносить слова, значение которых мне было непонятно, но прочитать на латинском их можно было.

Кровь течь совсем не хотела, пришлось тыкать палец еще и еще, при этом не забывая произносить слова вновь и вновь.

Только ничего не получалось.

Никто не появлялся, палец нещадно болел, а я, как полная дура, продолжала сидеть и говорить.

В итоге, я для себя решила, что буду сидеть, пока горит свеча. Потому что было страшно осознавать, что я всё потеряла.

Настолько страшно, что я готова была колоть свой палец вновь и вновь. Хотя боль и кровь терпеть не могла, но сейчас мне было плевать.

Физическая боль заглушала душевную.

И давала мне облегчение.

И когда свеча догорела и потухла, а я истыкала себе уже все пальцы на левой руке и даже принялась за правую, всё равно ничего не вышло.

Песец не появился.

А я навсегда осталась здесь. В мире, где я — никто. И где нет моих любимых мужей.

Помыв ладони с мылом, я намазала все ранки йодом, а затем хотела разорвать и выкинуть листик, но рука не поднялась, поэтому просто свернула его и засунула в карман пижамы.

А затем отправилась спать.

Хоть и было уже утро, но впереди у меня было два выходных, и я рассчитывала, что смогу хоть немного восстановиться.

Телефон вырубила, чтобы никто меня не трогал, и просто отключилась.

А во сне ко мне вдруг пришел песец и, недовольно чихнув, сказал:

— Ну и дурында ты, конечно. Такого даже я от тебя не ожидал. Однако, как ни странно, забытый даже мной ритуал помог. Так что собирайся и пошли обратно.

И не успела я его спросить, что же мне собирать, как песец куда-то рванул, а я просто помчалась за ним.

Бежали мы долго, я уже устала, но, вспомнив про крылья, выпустила их и уже летела. Так мне стало намного легче.

В итоге мы оказались в лесу.

На том самом месте, где я очнулась в первый день пребывания на Аэргарии.

А песец, махнув своим разноцветным хвостом, прямо в голову мне крикнул:

«Поторопись, пока твои мужья не разнесли весь этот мир, они очень сильно лютуют, ведь ты исчезла на их глазах месяц назад».

Во дворец я добиралась довольно долго. Так как пользоваться порталами не умела. Но точно знала, где он находится, поэтому развила просто невероятно колоссальную скорость, переживая за всех разом.