Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики, страница 95 – Дия Семина

Замираю и киваю.

Если сейчас открою рот, то, вероятнее всего, испорчу и без того непростую ситуацию.

— Ваши записи очень революционные. И грамотные, вы не сделали ошибок в тексте, какими очень часто грешат девицы из светского общества. И, по сути, ваших заметок, я сделал вывод, что вы умны, образованы и целеустремлённы.

— Благодарю за лестный отзыв, о моих черновых набросках.

— Набросках чего?

— Бизнес-плана по развитию небольшого производства.

Его холёное нордическое лицо приобрело налёт удивления, даже рука слегка дёрнулась, но осталась на подлокотнике, я сказала, что-то еретическое?

Как бы сбежать отсюда, пока не навлекла на себя гнев первого аристократа всея Руси…

— Бизнес-плана?

— Пожалуйста, не придавайте большого значения женским глупостям. Проект развития, ничего особенного.

Забираю со стола «своё», но чую, пока он не решил, как со мной поступить, лучше не убегать. Если обстоятельства сложатся не в мою пользу, и я буду вынуждена стать его невесткой, то наши отношения так и останутся натянутыми до конца дней моих или его, там уж кому как повезёт.

— Отчего же не предавать. Вы этими листочками всколыхнули мои мысли так, как я бы сам не додумался продвинуться по части двух законов, над которыми мы сейчас усиленно работаем.

— Рада, что смогла помочь.

— Хорошо, давайте сейчас отложим деловую тему, а после вернёмся к ней, допустим, дня через три приглашу вас на разговор. А сейчас, у меня несколько вопросов относительно вас. Сделайте одолжение старику, присядьте.

Да уж, старик, лет пятьдесят, наверное, эдакий секси мачо. Модест с возрастом тоже станет таким же шикарным. Может быть, я зря выпендриваюсь. И жизнь графини как раз по мне, с таким-то мужем.

Сажусь на стул и жду продолжения допроса, ах, как приятно лежит в руках тяжёлая коробочка с оружием. Прям отличное успокоительное, крепче зажимаю пальцами футляр и внемлю Его Сиятельству.

— Вы получили предложение моего сына вследствие некрасивого скандала. Хотелось бы уточнить, это ваш продуманный бизнес-план?

— Что? Да я вовсе не собиралась. Они меня вынудили, чтобы скандал не разразился. Очень надеюсь, что Модест Андреевич одумается и через несколько дней сам отступится. Раз газеты написали опровержение, и мы сегодня на публике провели показательное выступление, то делу можно дать задний ход и забыть, как ужасный сон.

— Вот как? Стать графиней для вас ужасный сон?

— Стать женой Модеста Андреевича – ужасный сон. Он очень красивый, хороший молодой человек, но у него посттравматический синдром. Что-то такое произошло на Кавказе, что теперь он на всё реагирует слишком эмоционально, у него исчезли полутона, остались контрастное чёрное или белое, да ещё красное, в смысле, он на многие вещи, поступки и слова реагирует, как разъярённый буйвол. Я боюсь его спонтанных смен настроений. И вам бы стоило немного повнимательнее к нему отнестись, потому что это опасно, он так доведёт ещё несколько споров до дуэли. И раз уж я высказалась, то добавлю, что прекрасно понимаю, насколько мы с вами разные. Одно дело – флирт и романтика юности, другое дело – жизнь. И я очень надеюсь, что долгая помолвка не приведёт нас под венец.

Уф…

Выдала, и момент истины настал, и Андрей Р. Орлов задумался, пристально разглядывая меня.