Книга Свидание на краю бесконечности, страница 36 – Ольга Володарская

Раздался грохот. Это за седовласым мужчиной, который зашел на территорию, захлопнулась тяжелая дверь. Он не мог ее придержать, потому что держал в руках огромную коробку.

— Рафик, помогай! — крикнул он, но никто на его зов не вышел, и Алиса бросилась к нему с возгласом:

— Давайте я!

— Нет, не нужно. — И опять позвал Рафика.

Наконец тот появился. Выбежал из бокового входа в здание, на ходу вытирая руки. Алиса уже видела этого молодого мужчину и решила, что он старший брат Лейлы, который также приобщен к семейному бизнесу.

Вдвоем они затащили коробку на крыльцо, а когда Рафик взял ее в свои руки, седой открыл перед ним дверь. Перед тем как зайти следом за ним, он обернулся.

— Не поздоровался, извините. Меня зовут Рустем, я хозяин этой гостиницы.

— Очень приятно, — пролепетала Алиса и с силой растянула губы.

Она не верила своим глазам! Хозяин гостиницы Рустем был точной копией ее деда в зрелые годы. Не так высок, но тоже крепок, большерук. Те же черные усищи, ямочки на щеках, брови домиком, зеленые глаза и волосы, растущие мысиком, только не черные, а седые.

Похож как сын…

Больше, чем сын. Что первый, что второй. Те в мать пошли, но этот…

«А говорила, что виделись только в детстве, — мысленно обратилась Алиса к Фатиме. А затем к деду: — Не стал вмешиваться в жизнь любимой, узнав, что у нее муж и трое детей? А когда решился? После того, как устранил соперника? Или до? И из-за этого устранил? Тогда почему бросил Фатиму? И ее тоже?»

От этих мыслей закружилась голова. Фатима сказала, что владелец гостиницы ее внук. Ему лет пятьдесят. И он может быть как внуком, так и… сыном!

Он смотрел на перекопанную грядку и дивился тому, как много ушло у него времени на то, чтобы подготовить землю к посадке. В детстве за час справлялся, а сейчас положил на это два с половиной. И устал как собака!

Глянув на ладони, поморщился. Еще и мозоли натер, пока копал, хотя руки уже огрубели от занятий на турниках.

— Закончил? — послышался голос бабушки. — Или возишься еще?

— Принимай работу, — ответил ей Саня.

Алена Ильинична зашагала в его сторону, на ходу снимая одни очки и надевая другие.

— Ты как старый конь, Санька, — усмехнулась та. — Борозды не испортил, но и глубоко не вскопал.

— Разве?

— Деревья сажать будем, не цветочки. — Она отобрала у него лопату и воткнула в землю. Рабочая часть вошла почти до тулейки. — Нет, беру свои слова назад, нормально все сделал.

— Слава богу, угодил!

— Иди в дом, мойся, обедать будем.

— Я пока не хочу.

— Что это за работник, который от еды отказывается? — нахохлилась бабушка. — Не устал значит? Лодырничал?

— Да ты меня три часа назад кормила!

— Чего ты там поел? Сыра да томатов. — Она критично осмотрела его голый торс. Когда копал, Саня разделся до шорт. — Исхудал совсем, откармливать надо.

— Ты неисправима, ба, — рассмеялся он. Сколько себя помнил, Алена Ильинична пыталась его откормить. И счастье, что к полноте Саня был не склонен, а то походил бы на шоколадного поросеночка — таких в ларьках со сладостями продают вместе с зайчиками и мишками.

Чмокнув старушку в щеку, Саня пошел мыться.

Он приехал в Ташкент прежде всего к бабушке. Но если бы она не ждала в гости и своего младшего брата, Саня выбрал бы другое время для визита. В начале декабря он мог оставить работу на неделю со спокойной душой, сейчас же приходилось отвлекаться на звонки и документы, присланные на электронную почту.