Книга Последнее отражение, страница 58 – Наталья Тимошенко

Гостиница встретила их оглушающей тишиной, в которой было слышно, как где-то льется вода, и ароматами подгоревшего мяса и плохого алкоголя. Лина тут же сморщила хорошенький носик, прошептала:

— Кем будем притворяться? Туристами, которых обокрали? Или скажешь, что снял шлюху на углу, потому что невтерпеж?

Стефан тихо хрюкнул, сдерживая смех.

— По ситуации, – шепнул он.

Они прошли по длинному коридору, по которому почти двести лет назад Ордынский впервые шел в салон, навсегда изменивший его жизнь. Коридор закончился просторной комнатой, и Стефан задержался на пороге. Перед ним открылась та самая гостиная, где Мария проводила сеансы, где увидел свою смерть Этьен Бонвиль, где Ордынский позже обнаружил скелеты. Стефан не обладал никакими экстрасенсорными способностями, но сейчас ему показалось, что комната все еще наполнена призраками прошлого, что в воздухе все еще витает тяжелый аромат свечей и человеческого страха.

Конечно, гостиная теперь выглядела по-другому. Стены по-прежнему были оклеены темными обоями, но портьеры на окнах теперь висели зеленые, а не бордовые. Посреди комнаты стояли несколько столов и кресел вокруг них, изображая лобби, а в стороне притаилась стойка администратора.

Вдалеке послышались шаркающие шаги, и из-за старой двери показалась пожилая женщина. Роста она была невысокого, что Лине, что Стефану не доходила и до плеча. Сильно изрезанное морщинами лицо и горб на спине делали ее похожей на старуху, но, когда она заговорила, голос звучал довольно молодо. Стефан дал бы ей не больше шестидесяти.

— Добрый вечер, чем могу помочь? Хотите снять номер? – поинтересовалась старуха, надевая на нос очки в роговой оправе.

Стефан и сам неплохо говорил по-немецки, но акцент всегда выдавал в нем иностранца. В отличие от Лины, которая в детстве много лет жила в Австрии, когда ее отец работал в какой-то австрийской фирме, и языком овладела в совершенстве. Она мельком оглянулась на Стефана, молча спрашивая, отдает ли он ей на откуп легенду, и он едва заметно кивнул.

— Добрый вечер! – лучезарно улыбнулась Лина, подходя к стойке администратора и таща Стефана за собой. – Нам не нужен номер, на самом деле, но, если у вас есть минутка, я бы очень хотела поговорить. Видите ли, меня зовут Анхела Штольц, мой дед когда-то жил в этом доме.

Лина сделала ставку на то, что старухе все равно нечем заняться, а пожилые люди любят поболтать, особенно если нужно вспоминать старые времена, однако сейчас этот трюк не сработал. Женщина вдруг нахмурилась, очки съехали на кончик носа, и она взглянула на посетителей сердито, будто уже уличила их во лжи.

— Этот дом принадлежит моей семье последние сорок лет, – припечатала она.

Лина не растерялась.

— Так ведь и мой дедушка намного старше. Он говорил, что они уехали отсюда, когда ему было лет десять. Прожили тут совсем недолго, но он почему-то запомнил этот дом. – Лина сделала паузу, а потом вдруг добавила шепотом: – Ему тут не нравилось.

Вопреки опасениям Стефана, женщина не выгнала их поганой метлой. Складка на ее лбу стала еще глубже, однако она терпеливо ждала, что скажет Лина, не перебивала ее.

— Он говорил, что… видел и слышал тут всякое…

Женщина еще какое-то время помолчала, а потом вдруг сказала:

— До того, как этот дом купил мой отец, тут много хозяев сменилось. Никто подолгу не задерживался. Возможно, семья вашего дедушки как раз и была одними из тех хозяев. Хотите чаю? Все равно посетителей нет.