Книга Последнее отражение, страница 122 – Наталья Тимошенко

— А готовишь ты для собственного удовольствия? – с сарказмом поинтересовалась Лу.

— Именно так, – ничуть не смутился Дэн.

— Ну да, так-то у меня свой бизнес, а таксую я для удовольствия, – пробормотала Лу. – Интересно, чем тебе обязан хозяин ресторана, если отпускает «решать проблемы», когда нужно?

— А он обязан мне всем, – широко улыбнулся Дэн. – Хозяин ресторана – я сам. Ну и у меня прекрасный су-шеф, на которого я могу оставить ресторан на любое время.

Лу покосилась на него, не поверив, но никакие дополнительные вопросы картину не прояснили. Дэн профессионально уходил от ответов и откровенно насмехался, чем почти довел ее до белого каления.

Зато со вторым вопросом повезло больше. Выяснилось, что Стефан был прав: Дэна действительно наняли родители Светланы Мариненко, не поверившие в самоубийство дочери.

Светлане было всего двадцать, она училась в университете, пользовалась успехом у мальчиков и не имела ни единого повода прыгать с крыши. Это же подтвердили и шокированные смертью Светы друзья. Дэн несколько месяцев не ел и не спал (и не готовил, очевидно!), проверял всех знакомых Светланы, восстанавливал ее жизнь в последние недели перед смертью буквально по минутам, но так и не обнаружил ничего, что могло бы толкнуть девушку на такой страшный шаг.

Дэн уже почти совсем отчаялся, что с ним случалось нечасто, когда однажды утром в местных новостях вдруг упомянули, что вчера с крыши спрыгнула молодая девушка. Конечно, это могло быть простым совпадением, но Дэн взял след, как служебная собака, и вскоре выяснил, что и у этой девушки не было причин совершать самоубийство. Тогда он начал искать другие схожие случаи и нашел Марину Селиванову. Работать с системой было уже гораздо проще, чем с единичным случаем, и вскоре Дэн выяснил, что все девушки незадолго до смерти посещали одно и то же место – Музей мистики и эзотерики на Васильевском острове. Дэн наведался в музей, но, кроме кучи бутафории, призванной пугать беременных женщин и людей с больным сердцем, ничего не увидел. Однако это была единственная точка соприкосновения всех жертв, и он начал искать дальше. И вскоре выяснил, что владелец музея – бывший психиатр, в конце девяностых работавший в больнице, где таким же образом погибли несколько пациенток. Дэн разыскал бывшего коллегу доктора, тот и поведал, что, кроме самого Николая Васильевича, в больнице работал еще его отец, уволившийся почти сразу после сына, но за время его работы успели погибнуть еще две девушки.

Пока Дэн все это выяснял, погибла четвертая девушка. Он подбросил идею о том, что все смерти связаны, знакомому следователю (по роду деятельности Дэн знал многих полицейских и следователей, хотя Лу втайне подозревала, что это может быть обычным хвастовством, как и владение рестораном), и тот сначала даже ухватился за эту связь, но вскоре остыл. По несчастливому стечению обстоятельств на место гибели последней на данный момент жертвы выезжал не самый умный следователь, и вскоре дело он закрыл. Да и отец Светланы намекнул Дэну, что не хотел бы, чтобы имя его дочери полоскали в Сети, а это непременно началось бы, если бы журналисты узнали о связи девушек и объявили охоту на маньяка. И Дэн продолжил один.

Он проработал много версий, досконально изучил жизнь психиатра Антонова, прежде чем позволил себе поверить в невероятное и исследовать не только Антонова и его отца, но и всю их родословную. Тогда-то он и дошел до Пауля Брандта, простого австрийского парня, знакомого когда-то с графом Всеволодом Ордынским. Если Стефан искал зеркало со стороны Ордынского, то Дэн пошел другим путем и вышел и на зеркало, и на самого Всеволода немного иначе: через письма и дневники других людей, в том числе старого аптекаря Гриммера. Именно поэтому Дэн и узнал то, чего не знал Стефан: что часть дневника Ордынского хранится у коллекционера из Вены. Он бы, возможно, попытался купить эти листы, но в тот момент Браун лечил спину где-то в теплых странах, поэтому Дэн попросту втерся в доверие к одной из горничных, а та не отказалась подзаработать.