Книга В 45 я влюбилась опять, страница 34 – Ольга Тимофеева

— Нет. Пусть вышивает крестиком или книги читает, если ей не хватает дополнительных занятий.

Мои слова как в бетонную стену сейчас.

— Надо заниматься тем, что доставляет радость, делает счастливым. Кто-то любит читать, кто-то вышивать, кто-то… химические опыты ставить. И я понимаю, это его будущее. Костя точно свою жизнь с химией свяжет, может, даже совершит какие-то открытия. Вот мне после этого пожара что, не пускать его больше на уроки химии?

— Хорошо, — Иван останавливается, отпускает мою руку и разворачивается ко мне, — какая у Поли потребность?

Выдыхает, пуская в морозный воздух клубы пара от горячего дыхания.

— Потребность самовыражаться, себя найти. Она не делает ничего плохого. У нее есть увлечение, в котором она может преуспеть.

— Разрисовывать чьи-то лица?

— Визажист, гример — это популярные сейчас профессии.

— Другую сторону этого не видите?

— Иван Андреич, я не спорить с тобой хочу, а понять тебя и разобраться. Полине это надо в первую очередь. Она и тебя расстраивать не хочет, но и отказываться от любимого занятия тоже не хочет.

— Сегодня у них любимое одно, завтра перегорит.

— Вот пусть завтра и перегорит, а сегодня она себя раскроет и весь свой потенциал. Иван, — хмурится и не идет на контакт, — Вань, — достаю из кармана ладонь и кладу ему на щеку. Он замерзшая глыба. — Извини, отдергиваю тут же руку и прячу назад.

Что-то вышло из-под контроля.

Я так с детьми обычно. Своеобразный жест, чтобы успокоить и объяснить что-то. Но тут-то не ребенок.

— Может, объяснишь, я лучше тебя пойму? И ее.

*****

От автора:

На дне рожденье Ирины, было три подруги. Про Машу мы читаем сейчас, а про третью, Люду, приглашаю вас почитать в новинке «Развод в 44. Вот и сказке конец...»

— Ладно, — разворачивается, снова подставляет мне свою руку, чтобы взяла, идем дальше по дороге. — Я же понимаю, откуда у нее это все. Ее мать очень красивая женщина. Картинка красивая. С головы до пят — идеальная. Всегда на каблуках, с прической, ногти, ресницы, крема, духи.

Это нормально для женщины, вообще-то.

— Я молодой был, влюбился сразу. Гордился даже тем, что меня выбрала. Все ребята мне завидовали.

Но даже сейчас говорит о ней так, что не забыл.

— И я не противник всего этого был, я только поддерживал ее в этом. Я мужчина и мне хочется видеть рядом красивую, ухоженную женщину. Но когда это переходит границы, смахивает на какую-то болезнь. Когда она забывает купить хлеб, но не забывает купить очередную помаду, в моем понимании что-то уже не так.

Выдыхает. Сдерживает себя.

У Полины, правда, всего много, кто-то же ей это все подарил.

— А потом ей это все надо было кому-то показывать. Знаешь, привыкаешь же к человеку. Не будешь каждый день нахваливать и говорить какой он красивый. Придешь задолбанный со смены, хочется отдохнуть, а ей надо себя показать. И началось каждую пятницу — клуб. Каждую субботу — спа. А в воскресенье — селфи с подружками, как они «восстанавливаются после тяжелой недели».

Прям как яркие картинки из инсты мелькают, когда слушаю его.

Отходим в сторону, когда мимо нас проезжает машина, тихо шурша колесами по морозному снегу.

— Я не дикарь, понимаю, что это нормально: ходить на корпоративы, юбилеи, но когда это становится хобби, Маш… когда твою дочь оставляют одну дома ради очередной бутылки шампанского и красной помады…