Книга Запретная роль, страница 38 – Оксана Хващевская

— Маш, я ведь всё равно узнаю ваш адрес и приеду, не усложняйте мне задачу и не препятствуйте тому, что всё равно случится!

— Антон, послушайте, я говорила вам… Я живу…

— Я всё помню. Так какой у вас дом и номер комнаты?

Маша назвала и отключила телефон, снова уткнувшись лицом в подушку, не зная радоваться ли ей такому повороту событий или, наоборот, огорчаться. Она не стыдилась своей комнатки. Пусть она была съёмной, но почти за четыре года, которые девушка прожила в ней, здесь произошли существенные изменения. Маша сама сделала ремонт: оклеила всю комнату светлыми обоями в розовые бутоны, покрасила двери и окно, повесила белоснежный тюль и сливочного цвета гардины. Купила люстру с хрустальными подвесками, а также большую софу, на которой они спали с дочкой. Здесь же стоял небольшой круглый столик, за которым они ели. На стене висел телевизор, зеркало, множество полочек, где стояли книжки и игрушки Катюши. В комнате каким-то образом удалось вместить комод и вешалку для их вещей. Здесь было тесно даже для них двоих. А когда приходила няня или заглядывали Машкины друзья, было совсем не протолкнуться, но они обе привыкли к своей комнатке. Им было хорошо и уютно в ней. Но вот Гордеева здесь представить было сложно.

Наверное, следовало бы встать и привести себя в порядок: расчесать и собрать волосы, подкрасить ресницы и переодеться, но девушка продолжала лежать, зная прекрасно, что разогнуться всё равно не сможет. И раз уж Гордеев напросился в гости, пусть видит её такой, какая она есть.

Через полчаса в дверь комнаты постучали.

— Открыто, входите! — откликнулась девушка, не вставая с софы. Волосы она всё же расчесала и собрала на макушке в пучок, но это было единственное, на что хватило сил.

Дверь отворилась, и на пороге возник Антон Гордеев, как и вчера, безупречно, дорого и со вкусом одетый, причёсанный, источающий приятный аромат люксового парфюма, подобранного специально для него. В руках у него была корзина со всевозможными экзотическими фруктами, а за спиной маячил водитель с букетом цветов и большим белым медведем.

Водитель, сдержанно кивнув ей, положил на стол цветы и мягкую игрушку и покинул комнату. Антон закрыл за ним дверь, поставил корзину прямо на пол и шагнул к софе, а Маша, зажмурившись, натянула на голову плед.

— Маш, расскажите мне, что случилось? У вас грипп, ОРВИ, ангина? — негромко спросил он, расположившись у софы на стуле.

Девушка в ответ лишь покачала головой, всё так же оставаясь под пледом.

— Маша, послушайте, меня не испугает герпес, если вас это беспокоит… — не отставал Гордеев, между делом переводя взгляд на таблетки, которые лежали на подоконнике.

— У меня нет никакого герпеса, — отозвалась она и опустила край пледа. — Просто болит живот…

— Давно болит? — уточнил Гордеев и вытащил из кармана мобильный телефон. — Может, следовало бы вызвать скорую?

— Со вчерашнего дня. Проснулась после обеда, встала, а дальше очень сильная боль внизу живота… Это всё моя прогулка босиком… Этого не следовало делать, конечно, но я ж, как обычно, сначала косячу, а потом думаю. Это пройдёт. У меня вон таблетки есть. Не надо скорую. Это же не смертельно, в конце концов, — затараторила она, пытаясь сесть.

— Владимир Петрович, добрый день, это Антон Гордеев вас беспокоит. Да, спасибо. Нет, у меня всё в порядке, а вот для одной моей знакомой требуется консультация. У нее болит живот, вернее внизу живота. Боли сильные, не может выпрямиться. До этого она имела неосторожность гулять по городу босиком. Маш, как насчёт температуры и рвоты? Нет, говорит, нет ни того, ни другого. Да, я вас понял. Одну минутку… Маш, где у вас можно взять ручку и листок? — спросил мужчина, поднимая к ней глаза.