Книга Формула любви для Золушки, страница 7 – Елизавета Красильникова

Секретарша встала из-за стола и, узнав у Саши цель ее визита, раскрыла перед ней дверь кабинета. Как было задумано по плану, Саша вошла туда уверенной, элегантной походкой, насколько позволяли ей это туфли на шпильках. Вообще-то она обычно отдавала предпочтение кроссовкам, но положение обязывает.

В высоком черном кресле, наклонившись над бумагами, постукивая по столу маркером и оперевшись рукой о бедро, сидел… В общем, Саша думала, что такие мужчины бывают только на фото в журналах мод.

Потом Саша так описывала его внешность своему коту Персику (поскольку делиться этим с кем бы то ни было еще ей почему-то нс хотелось):

— Представляешь, Персик, огромные плечи, широкая грудь… Волевой подбородок. Лицо вообще как с плаката: глаза серые-серые! Как посмотрел на меня, у меня чуть голова не закружилась… А когда он встал, чтобы поприветствовать меня, я точно упала бы в обморок, если бы он вовремя не подал мне руку. Длинные пальцы, крепкие ладони. И такие теплые, что мне не хотелось вынимать свою руку! А какой он высокий! Выше меня на голову, ну, ты понимаешь. Темные волосы и греческий профиль… А потом он подходит ко мне близко-близко и говорит мягким баритоном: «А что вы делаете сегодня вечером?…» Нет, Персик, это уже из области фантастики… И кому только такие мужики достаются?!

Конечно же, Саша преувеличивала. Начитавшись в свое время импортных любовных романов, она именно так представляла своего принца на белом коне. Возможно, что-то в ее описании внешних данных Вадима Татаринова и соответствовало действительности, но он был реальным мужчиной и жил напряженной жизнью руководителя крупной рекламной компании. Так что его положение тоже должно было обязывать.

На самом деле все было так. Вадим оторвался от изучения документов, поднялся навстречу Саше, представившись, пожал ей руку и предложил присесть. В ходе беседы он задавал ей вопросы по поводу ее профессиональной компетентности, и довольно жестко. Затем сжато рассказал об организационной структуре предприятия, о сфере их деятельности и, в частности, отдела, где Саше предстояло отработать испытательный срок. Казалось, он нарочно описывал все возможные трудности и проблемы, с которыми ей придется столкнутся, не приукрашивая и не завлекая ее никакими обещаниями.

Сашу немного задело то, что он практически никак не выражал своего внимания к ней как к женщине: так, будто она еще один винтик в его рабочем механизме. А на что она, собственно, рассчитывала? Да, ее сбило с толку его ночное послание, она думала, что они мило побеседуют об институте, о том, кто она вообще такая, о том, что за коллектив здесь и как найти с ними общий язык.

С досады Саша даже упустила нить беседы, но на ее счастье раздался телефонный звонок. Вадим, извинившись, отошел к окну. Удивительно, но, когда он резко сказал в трубку: «Алло!» и ему ответили, Саше вдруг показалось, что он оттаял. Звонила женщина, явно хорошая знакомая, а может, даже больше. Саша превратилась в одно сплошное внимание. Татаринов говорил уже мягким баритоном, именно так, как бы хотелось Саше:

— Да, конечно, заказал, дорогая… В твоей любимой «Праге»… Ну, тогда можно в итальянском, в «Колонне»… Хорошо, если никуда не хочешь, закажем пиццу на дом. — Он засмеялся и продолжил: — О’кей, я заеду за тобой в восемь, и там разберемся… И я тебя… Пока.