Книга Взаимное притяжение, страница 6 – Оля Миллер

Я сжимаю нож чуть сильнее. Эти вопросы время от времени звучат как провокация. Как будто специально, чтобы вывести меня из себя. Хотя я каждый раз отвечаю, что моё общение с семьёй сведено почти на нет.

— Пятнадцать. Да, поступила, — сдержанно киваю.

Только потому, что они — родители Андрея, я терплю всё это каждую неделю. Стараюсь поддакивать без агрессии. Не знаю, сколько ещё так продержусь, но одно знаю точно: общение стоит минимизировать. Иначе сорваться — дело времени.

— Вот и славно! — Она ставит соусник на поднос. — Ну что, понесли?

Когда мы возвращаемся в гостиную, входная дверь открывается.

Влад входит без стука, без предупреждения. Я даже не успеваю выдохнуть — так и остаюсь, задерживая дыхание. От раздражения я совсем забыла о его приезде.

В руках — коробка конфет, на губах — та самая улыбка, от которой у меня пересыхает во рту. Он вообще редко улыбается. А когда смотрит на меня, чаще всего это хмурый, горящий взгляд, от которого хочется поёжиться.

— Простите за опоздание. Пробки, — его голос звучит ровно, но глаза сразу находят меня.

Олег Виктрович вскакивает:

— Влад! Ну наконец‑то! Мы уж думали, ты передумал.

— Как можно? — Он целует Марию Петровну в щёку, жмёт руку Олегу Виктровичу и Андрею, мне лишь почти незаметно кивает.

— Кать, помоги Владу с пальто, — просит Мария Петровна, уже раскладывая салат по тарелкам.

Я делаю шаг вперёд. Его пальто пахнет зимним воздухом и чем-то терпким, мужским. Когда я беру его в руки, наши пальцы соприкасаются. Всего на секунду. Но этого достаточно, чтобы по спине пробежали мурашки.

— Спасибо, — шепчет он, и я чувствую его дыхание на своей щеке.

За столом звучат привычные звуки: позвякивание посуды, смех Марии Петровны, расспросы Влада о жизни за границей и о делах в бизнесе. Я сижу, выпрямив спину, держа вилку, кажется, через чур напряжённо. Вся обстановка в целом не располагает расслабиться.

Влад — напротив. Его нога случайно касается моей под столом. Я отдёргиваюсь, но он будто не замечает. Или делает вид.

— Катя, а ты что молчишь? — Мария Петровна смотрит на меня с лёгким укором. — Расскажи, как твои пациенты. Недавно ведь была сложная операция, да?

Я поднимаю глаза. Влад внимательно слушает, чуть наклонив голову.

— Да, был тяжёлый случай — мальчик с черепно‑мозговой травмой. Но всё прошло хорошо, он уже идёт на поправку.

— Вот это да! — Восхищается Олег Виктрович. — Настоящий подвиг!

— Это просто работа, — смущённо отвечаю я.

— Нет, это талант, — мягко говорит Влад. — Не каждый врач способен сохранить хладнокровие в критической ситуации.

Андрей кивает:

— Она у меня молодец. Всегда собранная.

Разговор плавно перетекает на другие темы: планы на Новый год, предстоящий корпоратив в фирме Андрея, ремонт на даче родителей. Я стараюсь участвовать, но мысли то и дело возвращаются к Владу — к его взгляду, к едва заметной улыбке, к тому, как он держит бокал.

— Кстати, мам, — вдруг говорит Андрей, — на эти выходные мы не сможем приехать на ужин. Мы с ребятами сняли целый спа-комплекс, собираемся большой компанией.

Я смотрю на него с укором. Конечно, он опять не предупредил меня заранее. Я не против отдохнуть от городской суеты. Но распределять мои выходные, не согласовав их со мной, — это откровенное пренебрежение моими планами и временем.