Книга Крепкое плечо, страница 10 – Татьяна Чащина-Анина

Его язык шёлковой мягкости неторопливо заполнял меня. Я не могла понять, почему язык мне так понравился, возможно, потому что не был острый, не был напряжённый. Медленно втекал, неторопливо, создавая идеальную прелюдию к полноценному...

Ая-яй, минету!

Поцелуй был наполнен сладкой густотой, томящей нежностью. Я стала посасывать язык. Из скромности совершенно медленно, потом откровенно. Помогала головой, когда язык встал во рту колом. А потом Володя отстранился и всунул мне палец в рот. Я по намеченному пути обвила его языком и засосала, причмокивая.

Остановилась, выпинывая его палец из себя и уставилась круглыми глазами на любовника.

Он так хитро прищурился, словно мысли мои в этот момент читал.

— Чего греха таить, раз ты согласна… Доверяй мне, — прошептал Володя, медленно зажимая мои волосы в кулак.

Так вроде и не я это начала.

Он за волосы потянул меня вниз, сам в этот момент перевернулся на спину. Я дёрнулась, но раз смолчала, то сильная рука меня направила к члену, который торчал вверх.

Прикрыла глаза и, не раскрывая головку сразу же взяла в рот, поцеловав с засосом. Удобно устроилась рядом с мужчиной, поджав под себя ноги, и взяла член в ладони.

Погружала в себя орган, посасывая, языком скользя по головке, ища дырочку, теребила её. Глубже в горло запускала.

— Не сопротивляйся, — попросили меня откуда-то… Откуда я уже не понимала.

За волосы натянули горлом на член. Опять слёзы из глаз, я стала задыхаться. Брыкалась, но отпустили меня не сразу.

— Давай, радость моя, глубже, — дерзкий тон. Я бы возмутилась. Если бы не так жарко было между ног. Если бы мышцы внутри самостоятельно не зажимались, и не трепетала моя довольная писечка.

Он опять всунул мне член в горло, я постаралась расслабиться и заглотить. Такой ещё попробуй проглоти!

И всё же хорошо, что всё это происходило перед салатиком. Меня в очередной раз освободили, я с рёвом глотала воздух порциями.

Раз за разом движения его рук становились всё грубее, он брал меня в рот почти насильно, и я при этом вдруг поняла, что мне это нравится, хотя ничего подобного в жизни не пробовала.

Неожиданно он откинул меня всё так же за волосы на подушки. Быстро, грубо подтянул к себе за ноги и…

Эх, Рома, Рома!

Знала бы я, что такое бывает.

Горячий рот терзал мой воспалённый клитор, палец вошёл в лоно, и колола бёдра борода, поэтому я постаралась ещё шире раздвинуть ноги, давая возможность поступить со мной профессионально.

Пару засосов, три подлизывания, и я взорвалась очередным оргазмом. С помутнением зрения и полной дезориентацией.

Покусывали соски, облизывали и крутили в пальцах. Я стонала от боли. Вымученная и снова возбуждающаяся, чуть не разрыдалась.

Володя перевернул меня, поставив на четвереньки, сунул подушку под грудь и пододвинул на край кровати.

Как я выдержала последующие события, не помнила уже. Он входил в меня быстро, глубоко. Так глубоко, что одеревенело всё внутри, доставляя тупую боль вперемешку с диким удовольствием. Я верещала в подушку, зажимала одеяло в кулаки и пыталась соскочить с этого дикого члена, который меня раздирал, пытал, заставлял испытывать нечто ненормальное.

Я ревела истошным голосом, когда он за волосы голову вверх потянул, а рукой прогнул в пояснице. Проехался ладонью по ягодицам. Плюнул мне на тугую дырочку и вставил без предупреждения туда большой палец. Неглубоко, но туда вообще никто не входил. Ощущения оказались спорными и бесспорно обжигающими, я почти сразу взорвалась оргазмом.