Книга Прежде чем мы разобьёмся, страница 49 – Мила Любимая

Мама моя…

— Знаешь, — Ян зашёл в душевую кабину без всякого стеснения и абсолютно голый, хочу заметить. — Будет лучше, если это буду делать я.

Ну вот и всё, Аврора.

Вот и всё…

/Аврора/

Только Ян Сотников способен выглядеть спокойным и безмятежным, находясь голышом в чужой квартире. Или он решил внезапно сделать мыки-мыки?

Так, это нервное. Надо взять себя в руки. И чем раньше, тем лучше.

— Ты офонарел совсем?! — уперлась ладонью в его грудь.

Обнажённую, горячую, уже покрывшуюся испариной. Сердце парня билось все триста шестьдесят ударов в минуту.

— Что тебя не устраивает, Пожарова?

Всё!!!

— Я же сказала тебе убираться к чёртовой бабушке!

— Нет, — он отрицательно покачал головой и приблизился ко мне вплотную. — Ты сказала, чтобы я скорее уносил свой наглый назад.

Есть разница?

— И?!

— И я принёс его, — он коснулся пальцами моей скулы и приподнял лицо за подбородок, вынуждая смотреть исключительно на него. В его проклятые глаза цвета неба. — Принёс его к тебе. Какие претензии?

Вынуждена признать, самоуверенность Яна — это что-то на космическом. Земли слишком мало для амбиций подобного рода.

— Ненавижу.

— Что не помешает нам обоим получить удовольствие.

— С чего ты взял?

Он пожал плечами и второй рукой обнял меня за талию, прижав вплотную к своему телу.

Мамочки…

Всеми силами борюсь с диким необузданным желанием ответить ему взаимностью, но с каждой секундой это становится бессмысленным. Потому что мне нравится ощущать его прикосновения на своём теле. В мыслях я давно уже отдалась Яну и нисколько не пожалела о маленькой грешной слабости, но в реальности…

Можно сколько угодно бегать, только нужно признать пугающую правду — искры между нами давно вспыхнули и разгорелись в большой костёр, который превратился в адский пожар. Есть такой огонь, который не потушить. Он движется со сверхъестественной скоростью, обращая в пепел всё на своём пути. Так горим и мы. Дотла…

Лёгкий поцелуй в шею. Мимолётный, почти невесомый. Следом укус, который Ян зализал своим языком. Мой судорожный вздох, то ли протестующий, то ли наоборот. Обхватила его за шею, прекрасно понимая, что сама дала Сотникову команду «старт». Впрочем, какое это имеет значение?

Я пожалею.

О, да! Но позже.

— Пожарова, — даже сейчас Ян не изменяет себе. — Скажи мне сейчас, пока ещё не отключилась от кайфа.

Ну и гад!

Подняла голову, чтобы вновь потонуть в его взгляде. В средневековье Яна сочли бы некромантом и сожгли вместе с ведьмами за эти самые глаза. Проникающие в самую суть, пробуждающие в душе тёмные и порочные желания, заставляющие сердце проворачиваться вокруг своей оси. Моя грудная клетка работала как проклятая, пытаясь сдержать его.

— Уже жалею, Ян.

— Скажи мне «да» или «нет». Потом я уже не остановлюсь.

— А сейчас сможешь? — прошептала, не отрываясь от него.

Чёрт возьми, что я творю? У меня есть шанс сбежать и спрятаться от него, но я сама лечу в объятия Дьявола. Сдаюсь в добровольный плен.

Вместо ответа его губы впились в мои. Сразу жадным, глубоким, неистовым поцелуем.

— Останови меня или я тебя испорчу, — тихо и серьезно сказал.

«Бежать!» — заорала во всю глотку светлая сторона.

Вот только тёмная наглым образом её отключила, а вместе с ней и мозги.

Осталась только тьма и моё сердце, когда-то принадлежавшее только этому парню. В самых потаённых уголках моего сознания остались воспоминания о ядовитой и токсичной первой любви. Любви со вкусом пепла…