Книга После того как мы упали, страница 3 – Мила Любимая

Эта любовь меня ослепила,

Эта любовь низвергла меня,

Эта любовь в тиски заключила

И она же освободила меня…

/Аврора/

Несколько месяцев назад,

3 сентября

Проснулась от звонка будильника, который больше напоминал мне удары в гонг, чем умиротворяющую мелодию для комфортного пробуждения.

А может быть, всё дело в том, что от страха моё израненное и разбитое сердце оглушительным биением разрывало грудную клетку, кроша рёбра и воспламеняя кровь. Этот стук глухим эхом пронёсся по всему сознанию, с переизбытком заполняя его ослепляющей тьмой.

Виски болезненно пульсировали, настойчиво требуя хоть какой-нибудь спасительный обезбол. Паника накрывала противной липкой волной, словно прочной паучьей сетью, пропитанной концентрированным ядом.

Всё потому, что на календаре третье сентября.

А это означало лишь одно: сегодня по плану универ, где я неминуемо столкнусь с главным кошмаром своей жизни. С Яном Сотниковым. С жестоким предателем, которого до сих пор безнадёжно и одержимо люблю.

Последнее нервно зачеркнуть и исправить на «ненавижу» …

У всех девочек есть такие особенные мудаки-бывшие, оставившие неизгладимые шрамы и раны, что никогда уже не заживут. Этих парней не забывают… этих парней проклинают, но помнят.

На протяжении целого месяца (мучительного и бесконечного, как затянувшийся День Сурка), я пыталась излечиться от отравляющей любви к Сотникову, старалась выплакать всю боль, вытолкнуть его образ из головы.

Получилось ли у меня? Скорее нет, чем да.

Зажмуривалась и видела перед собой его губы, знала наизусть аромат парфюма, дико скучала по нему… и очень жалела об этом. О своей самой сильной слабости с глазами цвета тотальной обречённости. Жалела, что позволила себя растоптать, в слезах убежала прочь. Но иногда даже сильные и независимые ломаются. Или их ломают, так будет правдивее.

С трудом подняв тело с постели (как будто мне не двадцать годиков, а все сорок пять!), потащила свои несчастные кости в душ.

Там долго отмокала под ледяными каплями, совершенно не чувствуя холода. Казалось, что от моей кожи и при такой температуре воды в любую секунду повалит густой обжигающий пар.

В конечном итоге пришлось сжать зубы и собраться. Не время быть трусливой задницей. Увижу бывшего? Да подумаешь…

Следующие полчаса остервенело скоблила тело мочалкой, приводя себя в чувство. А выбравшись из кабинки, завернулась в полотенце и занялась лицом.

Нужно что-то сделать с синяками под глазами. Не могу себе позволить заявиться в универ в образе панды или енота. Скраб, сыворотка, сияющий праймер и гиалуроновые патчи меня ещё никогда не подводили…

Просто паршиво спала. Дело именно в этом. Не в том, что один очень плохой мальчик никак не желает выходить из моей головы.

Ворочалась, долго не могла уснуть. Может, Луна в фазе Скорпиона, ретроградный Меркурий или как там сейчас говорят правильно?

Боже, ну вот кого пытаюсь обмануть?

Последнее время я вообще забыла, каково это — хорошо высыпаться. Если бы меня спросили: «Ты высыпаешься?», то я бы, не задумываясь, ответила: «Куда?».

Как справлялась? Никак! Заливала в себя пустырник и валерьянку в безумных дозах. Такими темпами местные коты должны дежурить у дверей моей квартиры сорок восемь часов в сутки.