Книга Тайная малышка от Генерального. Встреча через время, страница 40 – Дари Дэй

В обед уговорила дочку немного поесть, а когда она заснула, вышла в коридор – продышаться и затолкать в себя хотя бы стаканчик дерьмового автоматного кофе. Воздух в палате стоял тяжёлый, словно свинец, напоенный лекарствами, испарениями антисептика и напитанный нашей с Сонькой тревогой.

Сердце не отпускало. Стучало глухо, с надрывом, стонало в каком-то бесконечном внутреннем плаче, хоть на лице слёз давно уже не было.

Пусто и рвано.

Я никому больше не верила. Пыталась заставить забыть, но как стереть его руки, дыхание, голос? Он снился мне. Даже в минутном утреннем сне он шептал: «Где вы, мои девочки?». Будто скучал, будто правда искал.

Я встряхнула волосами, сбрасывая с себя наваждение мыслей.

— Нет. Нет… – шептала себе. – Я не позволю больше обманываться.

Обратно в палату брела тихо, как призрак. Медсестры, попадавшиеся мне на пути, смотрели с сочувствием. Да-да, знаю-знаю. Выгляжу я хуже смерти. Синяки под глазами, волосы – словно солома, и взгляд потух. Будто из него выкачали все краски жизни.

Но это ведь всё – ничего! Вот Сонька пойдёт на поправку – и всё сразу наладится! Нас выпишут, жизнь войдёт в колею. Новую работу найду, и деньги, что Марк потратил на ремонт, я ему верну обязательно! Не нужны мне эти подачки. А у нас… у нас с дочкой всё точно будет в порядке. Надо просто чуть-чуть подождать. И больше… не думать о нём.

Сделала два спокойных вдоха и выдоха, прежде чем взяться за ручку двери. Господи, как мне это выдержать? Где сил взять, чтобы дочке улыбаться, а не рыдать белугой, жалея себя и её?

Губы дрогнули в искусственной жалкой улыбке, а через миг я посчитала, что сошла с ума окончательно, потому что до ушей донёсся голос – до боли родной и знакомый. Его голос. Голос Марка Абрамова – отца моей дочери.

Тело застыло, приросло к больничному полу и окончательно перестало мне подчиняться.

Лишь пальцы, намертво вцепившиеся в ручку двери, потянули её на себя, открыв щель.

Перехватило дыхание, когда глаза впились в спину Марка, который… сидел на кровати возле нашей с ним дочери. И Сонька… уже не спала.

В лёгких стало горячо и щекотно. По венам вместо крови потёк кипяток. Мне ведь не кажется? Нет?

Рука Марка лежала на маленькой Сонькиной ладошке.

— Ты пришёл, – прошептала Соня слабеньким голосом, но смотрела на него абсолютно влюблённо. – Мама говорила, что ты не придёшь. И я почти поверила… А ты пришёл… Я знала.

Он кивнул и сжал её ладошку сильнее.

— Конечно, принцесска. Как я мог не прийти? Если бы только знала, как я вас искал. Весь город перевернул. Всех на уши поднял, чтоб вас с мамой найти.

— Но мы же не прятались…

— Знаю, малышка… Просто, когда вас привезли в эту больницу, медсестра допустила ошибку в фамилии. И поэтому, когда я сюда позвонил, чтобы узнать, мне сказали, что таких не поступало. Поэтому я искал вас так долго…

Сонька удручённо вздохнула.

— Ну что ж… – возведя глаза к потолку, вздохнула она. – Дядя Марк, мне кажется, мама на тебя обижается…

— Я знаю, принцесска, – абсолютно серьёзно ответил ей Марк.

— Ты обидел её? – посмотрела она на Абрамова строго.

— Нет, – он ответил уверенно, чётко. – Но, возможно, она так пока не считает. Я сделаю всё, чтобы ей доказать.

Соня приподнялась на кровати и обняла отца за шею своими маленькими ручками. А он коснулся её лба и провёл пальцами по щеке: