Книга Осколки нас…, страница 26 – Ева Риччи

— Так, милый, так! — Прошептала она, обхватывая мои ягодицы своими стройными ногами и приподнимая бёдра, глубже вбирая в себя мою напряжённую плоть.

Быстро двигался внутри неё, в моей голове всё смешалось, и этот сумбур не давал покоя, заставляя напряжение сковывать всё тело. Я мечтал избавиться от этого напряжения или хоть немного ослабить его, чтобы появилась возможность жить дальше, не чувствуя себя последним мудаком. Но видимо, делал что-то не так. Потому что, когда оргазм накрыл меня, рассеивая в голове дымку лихорадочных мыслей, вдруг увидел себя со стороны и ужаснулся тому, что делаю. Резко отстранившись от Евгении, поспешно оделся.

— Сбегаешь? Ты же понимаешь, что бежишь от себя, Рома? — Насмешливо спросила.

— Ты просто не представляешь, во что мы вляпались, — пробормотал, натягивая футболку.

— Да нет же, — возразила она. — Это ты не представляешь.

Замер, бросил на неё короткий взгляд.

— Я никогда не женюсь на тебе, как бы ты этого ни хотела. Я найду Настю и поговорю с ней. Уверен, что она простит меня.

Любовница села на кровати, надела пеньюар, который смятым комком валялся в изголовье, смерила меня сердитым взглядом.

— Не слишком на это рассчитывай, — едко произнесла она. — Потому что, зная Скокову, — она не простит предательства. Ни мне, ни тебе.

— Время покажет.

Решительно направился к двери, ведущей в гостиную.

— Тогда будь готов к тому, что никогда не увидишь своего ребёнка! — Яростно вскричала и бросила вслед подушку, которая ударилась о мою спину и упала на пол.

— Делай аборт! — Не оборачиваясь, проговорил ей.

И вышел из квартиры Жени как я думал навсегда! Пора возвращать сбежавшую жену!

Решение слетать на неделю в Тунис было самым правильным.

Тунис встретил меня жарким солнцем, солёным ветром с моря и запахом пряностей. Впервые за долгое время я была одна — без любимого рядом.

Отель оказался уютным, с видом на бирюзовое море. Я провела в одиночестве неделю, любовалась, как солнце клонилось к закату, окрашивая небо в оранжево-розовые тона. И думала… думала… думала! Где-то внизу слышались звон бокалов и весёлый смех отдыхающих, но я закрывала глаза и просто слушала шум прибоя.

Каждый проведённый день в жаркой стране как лекарство для моей израненной души.

По утрам я гуляла босиком по пляжу, чувствуя, как тёплый песок обволакивает ноги, а волны ласково касаются пальцев. Я смотрела на горизонт, где море сливалось с небом, и представляла, что вместе с каждым ударом волны из меня уходит боль.

Днём я читала. Впервые за долгое время в моих руках оказалась книга, которая помогала забыть обо всём. Я сидела в тени пальм, заказывая мятный чай с кусочками сахара, и окуналась в мир, где не было предательства.

Один из дней я провела в Медине — старом городе с узкими улочками, шумными базарами и бесконечным потоком улыбок. Там я купила маме шёлковый шарф с оттенком морской волны и маленький керамический светильник, который теперь напоминал мне о новом этапе в моей жизни.

Но самым целительным было море. Лёжа на шезлонге, я смотрела, как небо меркнет, звёзды зажигаются, а море превращается в чёрный бархат.

В последний день своего отдыха я поняла, что больше не чувствую острого горя. Да, боль ещё теплилась где-то глубоко внутри, но она уже не управляла мной. Солнце исцелило кожу, а море — душу. Я вновь почувствовала себя цельной.