Книга Осколки нас…, страница 12 – Ева Риччи

Он мельком взглянул на меня и жуя проговорил:

— Ты чем занималась?

— Ничем. И ты это прекрасно знаешь.

— И что же тебе мешает найти занятие⁈ — Хмыкнул он. — Займись домом и собой!

— Серьёзно? Это всё по-твоему, на что я способна? — В моих глазах промелькнула печаль, выдавая состояние. Но любимый не заметил этого.

— Я пашу как проклятый, мне что, тебе ещё хобби искать? Хоть что-то ты можешь сама сделать, Настя? Без моего участия?

— Я подумаю над твоим предложением, — пробормотала. — Извини, пойду прилягу. А то чувствую себя обессиленной. У меня, конечно, не такой насыщенный день, как у тебя, но от безделья тоже устаёшь.

Стояла под душем, и слёзы лились из глаз. Я вдруг почувствовала себя маленькой девочкой, которую обидели, лишили радости.

Было больно и обидно от предательства. Неужели все мужчины настолько слабы?

Горечь обиды захлестнула, принося новый поток слёз. И они текли по щекам, смешиваясь со струями воды, и не приносили облегчения, которое бывало ранее.

Вернувшись в спальню, молилась не увидеть мужа. Не хочу, чтобы Рома видел, в каком я состоянии. Повезло, он не торопился подняться следом за мной в нашу комнату.

Забравшись под одеяло, закуталась в него и выключила свет. Я действительно очень устала. Устала страдать.

Откинулся на подушки, на лбу блестят капельки пота, глаза возбуждённо горят. Женя потянулась и перевернулась набок, шаловливо провела рукой по моей мускулистой груди.

— Ты сегодня превзошёл самого себя, — проворковала она.

Вздохнув, бросил в её сторону короткий взгляд.

— Это какое-то безумие, — тихо произнёс, разглядывая лежащую рядом со мной соблазнительницу.

— Зато какое захватывающее! — Лукаво глядя на меня.

Скривился. Потянулся за рубашкой, которая валялась на прикроватной тумбочки.

— Тебе не кажется, что мы слишком часто стали проводить время? — Спросил, демонстративно оглядевшись по сторонам в поисках остальных вещей.

— Поверь, Настя ни о чём не догадывается. — Она подтянулась на руках, обняла и увлекая меня обратно на кровать. — Ещё хочу…

Рухнул на неё, внимательно вглядываясь в глаза любовницы, в которых блестело возбуждение.

— Ты ненасытная и развратная сука.

Притянул её к себе, впиваясь в губы требовательным поцелуем.

— Но ведь именно это тебя во мне и заводит, — прерывающимся голосом заметила она, на мгновение отстраняясь.

Толкнул Евгешу на спину, на шелковую простыню, не сводя с неё пристального взгляда, в котором полыхала едва скрываемая похоть. Рука пробежалась по всему её телу, задержавшись на треугольнике. Она вся дрожала, получая наслаждение от моих интимных ласк, тело содрогалось от прикосновений.

Резко вошёл в неё, погружая нас в пучину блаженства. Постепенно ускоряя темп, трахал её как отбойный молоток, натягивая плоть до предела. Женя закричала, судороги одна за другой побежали по телу любовницы. Она взмолилась о пощаде, но я и не думал останавливаться. Беря всё, что она предлагает, без остатка. Последний удар моей плоти завершил наш безумный танец, замер на мгновение и лишь потом скатился на свою половину кровати.

Любовница учащённо дышала. В её прищуренных глазах полыхало наслаждение, и у неё не было сил произнести ни слова.

Усмехнулся удовлетворённо. Всё-таки я ещё могу доставить бабе настолько сильное удовольствие, что до сих пор не может прийти в себя.