Книга Моя простая курортная жизнь 6, страница 104 – Мэри Блум

Разбудил меня скрип двери. Я никогда ее не закрывал — мало ли, кто захочет прийти ночью ко мне. Зачем мне это запрещать? Следом раздались мягкие, будто крадущиеся шаги. Распахнув глаза, я уставился на появившийся в полумраке соблазнительный женский силуэт. Я не видел лица — или не обратил внимания на лицо — потому что весь мой обзор мигом заняли освещенные лунным светом огромные, шикарные, спелые и, главное, голые сиськи. Которые этой ночью сами пришли ко мне…

— Не спишь?.. — этот прекрасный мираж вышел из тени, и я наконец смог опознать свою ночную гостью. Да как уснуть-то, когда такие сиськи сами пришли ко мне?

Оксана, великий карповский белый кит, топивший мужиков пачками, как маленьких Пиноккио, в своем роскошном чреве, соблаговолила лично приплыть ко мне. И так всегда привлекательная, сегодня она вообще была при полном параде — в моем самом любимом женском наряде: костюме Евы, который лучше любой одежды подчеркивал все ее внушительные достоинства. Обнаженные, светящиеся в лунном свете, сводящие с ума выпуклостями и изгибами — они, как расставленная сеть, ловили мой взгляд. Уже вторая зрелая красотка за неделю дефилирует передо мной в чем мать родила — это что, какой-то новый челлендж?

— Найдется местечко? — игриво кивнула ночная гостья на мою одинокую постель.

Конечно! Моя кровать — это место мира, в котором рады всем девушкам — особенно таким обнаженным.

— А Полина в курсе? — спросил я, уступая этой сочной рыбке немного места в моем бассейне.

— Полинка в курсе, что у меня секса почти два месяца не было, — проворковала она, занимая все предоставленное пространство и даже больше, наваливаясь пышными буферами на мое плечо, так что я с ходу ощутил весь жар ее голой кожи, — и все равно позвала меня в гости…

Два месяца? Да как такие сиськи, в принципе, могут сидеть без мужика два месяца?.. Мужики Карпова, вы чем вообще занимаетесь?

— Вряд ли она об этом думала, — пожирая ее формы глазами, заметил я, — когда звала тебя в гости…

— Ну я-то об этом думала! Можно сказать, весь вечер только об этом и думала… — с каждым словом ее шепчущие в полумраке губы все ближе оказывались к моим, заставляя и меня думать только об этом. — Знает ведь, как тяжело мне удержаться, и все равно весь вечер тебя расхваливала… — ее дыхание обожгло мне щеку, а шикарная спелая грудь уже практически распласталась по моей груди. — Ну как тут не попробовать?..

А затем гостья голодно засосала меня, явно пытаясь сорвать тот же самый поцелуй, что достался этим вечером Полине. Ее губы жадно впились в мои, опытный язычок ловко сплелся с моим. Пару мгновений мы увлеченно пробовали друг друга — как два сомелье, обменявшиеся бокалами. Оценивая вкус еще и на ощупь, мои ладони свободно загуляли по великолепным сиськам — реально необъятным, как просторы родной страны — изучая, поглаживая, осваивая новые угодья. Холмы и долины, и снова холмы — эту недевственную территорию я открывал для себя впервые.

Ее губы, казалось, немного пьянили вином, которое они сегодня распивали с Полиной. Роскошное податливое тело в моих руках тоже почему-то вызывало мысли о моей упрямой красотке. Оксана, конечно, ею не была, но из всех моих любовниц она, пожалуй, больше всех напоминала Полину. Целуя одну, я как будто целовал и другую — у них были одинаковый возраст, примерно одинаковая комплекция и примерно одинаковые буфера — такие громадные и мягкие, что, зарываясь в них, я словно оказывался в раю, теплом, нежном, бесконечно приятном… Ну что сказать: спасибо, Полина! Теперь другой достанется все, что я бы мог сделать с тобой… Потеря одной — удача другой. И в отличие от своей упертой подружки, моя ночная гостья явно не собиралась терять время. Все-таки два месяца — солидный недотрах, но бедняжка пришла по верному адресу.