Книга Моя простая курортная жизнь 5, страница 50 – Мэри Блум

— Ну что, всех ощупал или еще нет? — ехидно прокомментировала Полина, когда в перерыве я заскочил на завтрак. — Вот думаю, может, включить такую услугу в стоимость? Так и назовем: «хозяин дома щупает вас за попу».

Ага, и тебе это так не нравится, что сидишь и все утро палишь в окно, как хозяин дома щупает других за попы.

— А почему нет? — отозвался я, хватая со стола пирожок. — Включи, еще бестселлером будет. Могу и тебя поучить. Причем бесплатно.

— Пф, сапы, — она надула губки. — Детское развлечение!

Или просто бережешь свою попу… от моих пальцев? Не давая это обдумать, в дверь позвонили.

— Да уж сиди, — опередила мой порыв эта упертая красотка, — тебе еще столько всего перещупать надо! Береги силы.

А чего это нынче такая едкая? Что, Марат не справляется с базовыми биологическими функциями? Так обратись ко мне, помогу — причем тоже бесплатно.

Моя управляющая распахнула дверь и немного растерялась.

— А вы к кому?

— К вам, — проворковал знакомый ангельский голосок.

Не дожидаясь приглашения, гостья весьма по-хозяйски переступила порог. Я аж прекратил жевать пирожок, озадаченно уставившись на Марианку. Надо же, наше божество лично снизошло до моей обители — с золотым чемоданчиком в одной руке и белым пудельком в другой и таким взглядом, будто пришла штурмовать этот Олимп. Небесно-голубые глаза прошлись по комнате, нашли меня и лукаво прищурились.

— А, — протянула Полина, глядя на ее багаж, — гости у нас заходят с другой стороны…

— А я не гость, — с милой улыбочкой сообщила наша Венера. — Я тут новая хозяйка…

У моей управляющей натурально отвисла челюсть, я едва не подавился пирожком, а пухлые губки гостьи изящно изогнулись, и в этот миг я понял, кого мне напоминала пассия отца.

— Мне сказали, — пояснила Марианка, поймав мой взгляд, — что теперь ты в моем полном распоряжении, братик… — и по-свойски плюхнула чемодан на пол.

— В общем, вот такая история. Его папа позвал мою маму на свидание, а потом похитил…

Ага, на яхте — меня бы кто так похитил. Тем более я видел, с каким довольным лицом эта жертва киднеппинга поднималась на борт.

— И теперь, пока мамы нет, я совсем одна, — закончила свой рассказ Марианка и сделала глоток Полининого любимого ромашкового чая. — Совсем одна в целом городе…

Ой, Марианка, пафос умерь. Хотя мою наивную красотку постарше очевидно пронимало. Если поначалу Полина смотрела на гостью в ступоре — так, как могла бы смотреть на заезженную кинодиву, которая каким-то чудом забрела в наш гостевой дом, то теперь уже видела в ней бедную беженку, оставшуюся без крова и пропитания по вине моего семейства — а потому особенно усердно подвигала к ней пирожки и подливали чай.

— Сколько живу в Карпове, — покачала головой Полина, — все не перестаю удивляться, сколько же здесь романтических историй…

Забота доставалась даже собачке гостьи, которая сейчас сидела у моей доброй управляющей на руках и неистово лизала ее пальчики, где то и дело появлялся то кусочек колбаски, то еще какая-нибудь вкусняшка.

— Мужики здесь вообще отчаянные, на такое готовы, — продолжала сетовать красотка постарше.

— Да, — согласно кивнула одна демоница, которая сегодня усерднее чем когда-либо косплеила ангела, — одну мою подругу недавно похитили на воздушном шаре, маму теперь на яхте. По улицам страшно ходить… — и снова включился пафос, — одной…