Книга Моя простая курортная жизнь 2, страница 106 – Мэри Блум

А ты что правда хочешь это знать?

— А к чему вопрос?

— Да так, любопытство, — отозвалась она.

— Ну, никто не жаловался.

— Значит, сервис на уровне, — эта вредная милашка чуть прищурилась.

— А друзьям еще и без очереди, — парировал я.

Миг — и ее нежные щечки ярко вспыхнули. Блин, что я несу?

— Не обращай внимания, — сказал я, — это я там на льду еще и головой ударился.

Дана прижала стаканчик к губам, словно пытаясь спрятать румянец за картонными стенками. От ее горящего личика сейчас можно было согреться и без всяких напитков.

— А у меня, — выдала она, сделав глоток, — грог виноват.

— Что, так дает в голову?

— Хочешь попробовать?

— Конечно, — охотно согласился я. — А мой хочешь?

Обмениваясь стаканчиками, мы столкнулись кончиками пальцев, согреваясь еще больше. С огромным удовольствием я попробовал ее медовый напиток, касаясь картонного ободка там же, где пару мгновений назад его касались ее губы, а Дана аккуратно отпила из моего стаканчика, с интересом пробуя вкус, который был у меня во рту.

— Твой лучше, — сказала она, видя, как я смотрю.

— А мне больше понравился твой, — заметил я, наслаждаясь ее ответным взглядом, искрившим сейчас ярче любых ярмарочных огней.

Когда она так смотрела, ее хотелось обнять — без каких-то особых причин, просто потому что. Внезапно, вырывая из этих мыслей, будто давая по моим еще не протянутым рукам, в ее кармане заистерил смартфон — и блеск в глазах моей милой собеседницы мигом потух.

— Дана, — раздался в трубке бурчащий мужской голос, — тут парковка платная! Я что, должен платить за то, чтобы тебя ждать? Давай быстрее!..

Честно, я терпеть не мог ее папашу в этот момент. Хотя и во все остальные он мне нравился не больше.

Выдохнув, что уже идет, подруга убрала смартфон обратно, сделала торопливый глоток из моего стаканчика, словно урывая последний кусочек этого вечера, а потом окинула задумчивым взглядом мое ушибленное бедро.

— Может, тебя подвезти? — предложила она.

— Да с удовольствием, — сказал я, представляя, как будет рад ее папа.

Вместе с Даной мы покинули ярмарку и подошли к машине, в которой нетерпеливо барабанил по рулю ее отец. Он заметил меня рядом с дочерью и, подскочив (не иначе как от радости), чуть не треснулся башкой об обшивку.

— Здрасьте, — сказал я.

Сурово зыркнув в ответ, ее папаша бросил скупое сухое «ага». Это было все, чего я, по его мнению, заслуживал.

— Все, Дана, садись, — отворачиваясь, процедил он.

— Пап, давай сначала Рому отвезем, — сказала она, оставшись около машины рядом со мной. — Нам же несложно…

Его взгляд снова врезался в меня, аж крича, как это сложно — не то что отвезти, но даже видеть где-то поблизости.

— Дана, нам некогда. Садись!

— Но Рома ногу ушиб, — пояснила подруга, упрямо стоя рядом со мной на улице.

— И как же? — пробурчал ее отец, полоснув меня еще одним взглядом.

— На катке упал, пап.

— И что, сам ходить теперь не может? Или ему пальцы на ногах отрезало? — осклабилась эта харя из окна машины.

Ни фига себе кровожадность, и как мой батя дружил с этим монстром?

Дана на миг крепко поджала губы.

— Тебе что сложно? — после выдохнула она, с досадой глядя на отца.

— А что автобус? — отозвался тот. — Не судьба?

— Но автобуса ждать. Он тут раз в полчаса ходит.