Книга Час гончей, страница 98 – Мэри Блум

— Простите… — пробормотала она, усаживаясь за стол, где другой мальчик-горничная уже шустро убрал осколки, заменил тарелку и наполнил другой бокал.

— Ну что вы, — отозвался хозяин. — Надеюсь, все в порядке?

Агата молча кивнула и с опаской подхватила новый бокал.

— Все нормально? — уточнил я.

— Да ерунда, — отмахнулась подруга, — обычный порез.

— Недаром бабушка тебе говорила, — наставительно изрек Глеб, — на вино не налегать. Только в руки взяла — и порез. Что же будет, когда пить начнешь?

Наша малышка с видом оскорбленного достоинства сделала осторожный глоток. В этот момент по полу загремели колесики тележки. Один из мальчиков-горничных вывез к столу огромное накрытое серебряной крышкой блюдо и, отодвинув остальные тарелки, поставил в самый центр.

— А это главное блюдо дня, — довольно сообщил Садомир.

После всего я ожидал как минимум тушеного тигра, однако под крышкой обнаружились склизкие светло-коричневые осьминоги — и притом живые, копошащиеся и задевающие своими щупальцами друг друга. Хозяин кивнул, и его горничный ловко накрутил осьминожку на вилку и, окунув в красный, похожий на густую кровь соус, подал ему.

«Я б такое и за миллион рублей жрать не стал,» — прокомментировал друг эту вкуснятину.

«Серьезно? По-твоему, кто-то заплатит миллион рублей за то, чтобы ты это сожрал?»

— Съесть это непросто, — рассуждал барон, неспешно вертя свою закуску в руке — Ты жуешь, а оно сопротивляется во рту, пытаясь тебя убить. Можно задохнуться, но я опережаю. Всегда опережаю…

Хрум!.. Челюсти с шумом сомкнулись и начали с трудом жевать склизкую живую массу, явно стремящуюся на волю. Сомнительная битва человека и его еды продолжалась с минуту. А потом в полной тишине он смачно проглотил пережеванное и потянулся к вину.

— Последнее сражение, — выдохнув, заявил Садомир, — и ты в нем всегда победитель. Вот почему я люблю охоту, — добавил он и пригубил из бокала, явно желая запить вкус своей победы.

В принципе, если жрать маленьких скользких осьминогов, то, конечно, ты всегда выйдешь победителем.

— Угощайтесь, — любезно поделился он своим деликатесом, и парочка гостей даже угостилась, повторяя подвиг хозяина.

После обеда всей компанией мы немного погуляли по лесу, осматривая место завтрашней утренней охоты, а затем разбрелись по гостевым комнатам с медвежьей шкурой над кроватью и волчьей пастью на стене — отдохнуть и переодеться к ужину, который обещал быть таким же сытным и приятным, как и обед. Интересно, чем наш хозяин удивит на этот раз? Скорпионами в маринаде?

В огромном доме, казалось, повисла тишина. Гости отдыхали по комнатам, внизу готовили ужин. Любимый бладхаунд мирно дремал рядом на тигриной шкуре, пока его хозяин, стоя у зеркала, застегивал рубашку. Прислушавшись ко всей этой тишине, Садомир довольно улыбнулся — начиналась его любимая часть.

Молокосос, недоносок, щенок Волкодава — как мальчишку только ни называли. Признаться, в самом начале и он недооценивал нового мессира. Однако барон Ольховский всегда гордился тем, что умел вынюхивать и видеть то, чего другие не видят. Они все недооценивают Бладхаунда. А Бладхаунд умный, он знает, что глаза не обманывают. Он-то видел, что взгляд мальчишки в отдельные мгновения был отцовским, прищур в отдельные мгновения был отцовским, да и гонор тоже был отцовским. Правда, стиль общения заметно отличался.