Книга Час гончей, страница 6 – Мэри Блум

Мужчина же в ответ только усмехнулся — самые умные скоро поймут зачем.

— Это что было? — спросил Глеб, когда красавица в черном направилась к выходу с крыши.

— Не знаю, — признался Алекс. — Она просила познакомить ее с новым мессиром Павловским, и я не мог отказать.

А у меня вдова его дядюшки просила если что обратиться ко мне. Правда, какое у нее там «если что», толком объяснить не смогла — однако крайне хотела заручиться положительным ответом.

— Ну если что, — кивнул я, — то, конечно, можете.

После чего успокоенная этой обтекаемой формулировкой дама отправилась по своим делам, а мы наконец по своим — в один частный погреб дегустировать элитное вино. Стоило зайти туда, как нас окружил целый букет из запахов фруктов, цветов и пряностей. Личный сомелье ожидал за столом в форме большой перевернутой бочки с нарезкой сыров и колбас, брускетами, орехами и шоколадом. Он сразу же уточнил, какие вкусы нам нравятся больше — сказать мы не смогли, так что пришлось оценивать все.

— Это, — нахваливал очередной вкус сомелье, взбалтывая красноту в бокале, — напоминает лепестки роз, упавшие на губы в дождливый день…

Судя по всему, у мужика за день была уже не первая дегустация, так что дальше сравнения стали еще красочнее. Тут были и летняя свежескошенная трава, и сладостный шепот цветочных фей — а закончил он вообще вкусом поцелуев любимой женщины. Правда, на мой взгляд, для поцелуев любимой женщины напиток был несколько суховат и кисловат.

— А ничего со вкусом оргии у вас нет? — полюбопытствовал друг.

После чего наш сомелье, явно добавивший новое сравнение в свой личный список, отправился подбирать что-нибудь поярче и понасыщеннее, а Глеб, по самые уши утонувший в свежескошенной траве, разоткровенничался.

— То есть ты мертвяк? — переспросил Вяземский, переварил эту информацию вместе с очередным куском ветчины и повернулся ко мне. — А меня если что к жизни вернешь?

— Смотря, от чего ты собрался умирать, — отозвался я.

— Самое вероятное, — вздохнул он, — что по дурости.

А, ну тогда все в порядке — обожаю спасать полудурков.

Несмотря на довольно продолжительную дегустацию, в лимузин мы тем не менее погрузились сами и сами же выгрузились. Попрощавшись с нашим мажором, зашли в дом, и к нам сразу же шагнула растерянная Уля, почему-то не спавшая в столь поздний час.

— Дарья ушла, — сказала она. — Собрала вещи и ушла.

— Зачем? — не поняли мы.

— Сказала, что наблюдение за домой сняли, и ей теперь надо уйти. Я предлагала ей дождаться вас, но она сказала, что так лучше…

Все элитное вино сразу выветрилось. То есть наша мадам свалила от нас и даже не попрощалась? А ее вообще кто-то отпускал?

— А я всегда говорил, — чуть покачиваясь, изрек Глеб, — самый эффективный способ удержать женщину — это приковать ее к кровати.

Видимо, именно поэтому у тебя до сих пор и нет девушки.

— Адрес она оставила? — спросил я.

Уля мотнула головой.

— Обожаю прятки, — усмехнулся друг.

Что наш Святейший Синод и правда думает, что мы ее не найдем? Да мы в детстве мяч на дне пруда находили — всяко сложнее, чем одну девушку в одной столице.

— Придумывайте, как будем ее наказывать, — сказал я и вытянул из кармана смартфон.

Ночь на окраине столицы всегда кажется темнее, чем в ее центре. Со вздохом взглянув на разбитый фонарь, Дарья вошла в сонную парадную, поднялась по старенькой лестнице на последний этаж и, провернув ключ в замке, отворила дверь. Сумка шлепнулась на пол, и стук гулко отдался в тишине крохотной квартирки-студии. Так же гулко звучали и шаги. Внутри было пыльно и пусто — лишь стол, стул, шкаф, кровать и маленькая кухня — ни следа былого богатства. Прошедшее через вереницу чиновников и ответственных лиц родительское наследство исчезло в воздухе, и вместо больших апартаментов в центре осталась эта халупа. Похоже, кто-то наверху все-таки вспомнил, что надо поддержать сироту и не отбирать сразу все.