Книга Кукла и ее хозяин, страница 40 – Мэри Блум

На смеси жестов и ломаного английского испанки попросили показать им город. Мы показали основные достопримечательности, угостили их текилой и вполне довольные друг другом закончили осмотр столицы одним милым отельчиком в центре с золотой вывеской и красной дорожкой, который нам уже полюбился в наших приключениях. Девушкам он тоже понравился.

А после они пригласили нас в конце лета на Ибицу, где у папы одной из них была собственная гостиница с видом на море. Вот вам мой совет: трахайте незнакомок — кто знает, какие возможности откроются.

Эта мысль Глеба весьма взбодрила.

— Просто обалденно! — не унимался он, ведя машину домой. — Я даже не думал, а ведь и правда можно поехать, потусить…

В общем, друг загорелся идеей смотаться на Ибицу. Ты только ее куда-нибудь запиши, а то уже к завтрашнему вечеру твоей насыщенной сексуальной жизни и не вспомнишь, что там назначено на конец лета. Хотя у этих девчонок были все шансы на забыться. Фотки со своей я не стал удалять, а наделал их много — до, во время и после. Эта туристка сама оказалась той еще достопримечательностью. Пируэты я, может, сегодня и не получил, но фламенко на мне горячая испаночка оттанцевала вполне прекрасно.

— Что, эти оставишь? — поинтересовался друг, косясь на мой экран, где загорелое тело жарко раскинулось на простынях.

— Конечно, — отозвался я, листая снимки, — такую экзотику я не буду удалять…

Хозяйский кабинет находился в самой глубине клуба на втором этаже. Сердито поднявшись по ступеням, не столько обнимая, сколько стискивая девушку, владелец кабинета втолкнул ее внутрь и захлопнул дверь. Музыка из основного зала долбила по стенам, не давая тишины — даже оконные стекла дребезжали, усиливая раздражение. Поморщившись, он выпустил девчонку и отошел к столу. Ника сразу же прислонилась к стене, и, с вызовом глядя на него, подняла руку, и вытерла губы — словно сбрасывала с них грязь, а не недавний поцелуй.

— Я непонятно объяснил твои планы на вечер? — с досадой бросил мужчина. — Хоть где-то в них вообще был Павловский?

— Мне теперь согласовывать каждый вздох? — ледяным тоном отозвалась она. — А может, он мне просто понравился?

Просто понравился… Видел он, как она там улыбалась, аж по стойке растекалась рядом с этим козлом! Он сжал кулаки, еле сдерживая желание ее ударить. Знала бы, сколько сил пришлось приложить ему, чтобы ей просто понравиться. А она до сих пор в открытую вытирает губы. Всегда бесил этот ее жест — аж убить хотелось за это.

— Что ты ему сказала? — прошипел он. — Опять поплакалась вволю?

— А что, испугался?

Хозяин клуба снова поморщился. Знал бы, что такая роскошная внешность скрывает такой противный характер, даже бы связывался не стал. Но теперь уже поздно: он слишком много за нее отдал и не собирался так просто это терять.

В прошлый раз, когда эта дура додумалась пожаловаться Григорию Павловскому, страха он натерпелся неимоверно — уже сидел и прикидывал, чем откупаться. Про Павловского говорили, что если тот на что-то положил глаз, то все — это, считай, уже его. Тогда пронесло — Волкодаву эта кукла оказалась не нужна. Может, и тут пронесет? Может, и сын его в это не полезет?..

От недавней стычки до сих пробирала дрожь. Одни глаза этого мессира чего стоили — будто Темнота помахала сквозь эти жутко почерневшие зрачки. Помахала ему, отразившемуся там, и как бы спросила «что, еще не готов ко мне?» А его тихий царапающий голос был под стать шепоту самой Темноты. А вдруг и правда: захочет и клуб спалит?