Книга Дом колдуна, страница 125 – Мэри Блум

В конце концов, ничего не сближает так, как огромная черная тварь, которая пришла всех сожрать. Разве что китайская лапша на ужин.

Вот только если эти двое вовсю орудовали палочками, то ко мне аппетит так и не пришел. Вместо этого привычно мутило. Голову ощутимо вело, а кожа на руках, которыми я хватался за эту тварь, заметно потрескалась и, казалось, до сих пор горела.

— Ты в порядке вообще? — спросил Глеб, внимательно осматривая меня.

Да в порядке я, в порядке. На ноги, правда, вставать не хотелось. Потому что я не был уверен, что на них удержусь, и мне очень не хотелось, чтобы меня укладывали в постельку. Его по-любому никто не укладывал.

— А сам-то в порядке?

— По-моему, у меня тут огромный синяк, — охотно отозвался друг, тыкая себе на грудь. — Сейчас бы снял футболку и показал, если б не дама.

— Смотрю, тебя надо бить, чтобы появились манеры, — фыркнула дама.

Да и тебя, как выяснилось, тоже.

— Вы не волнуйтесь, — вдруг посерьезнев, Дарья прошлась глаза между нами, — проблем не будет. Это были явная провокация и нападение. Так что вопрос можно закрыть, если обе стороны удовлетворены.

Я взглянул на то немногое, что осталось от второй стороны. Все самое ценное для себя Темнота забрала: и его душу, и даже тело — от них осталась лишь горстка праха, которую один из сотрудников Синода сейчас осторожно сметал в специальный мешочек. А вот то, что Темноте оказалось без надобности, лежало у моих ног: нелепый колпак, одежда с позолоченными пуговицами, украшенная камнями трость, перстни и даже гербовая печатка.

Да я и не волновался насчет проблем — как раз задумался насчет выгод.

— Ну вообще-то, — заметил я, — мы как бы не до конца удовлетворены. И нам нужна компенсация.

— А об этом будете говорить с его наследником, — сказала Дарья, — который, уверена, будет очень рад получить этот перстень обратно, — и, подняв печатку Змееуста, передала ее мне.

Не поспоришь. По сути потеря такого кольца колдуном — это уже просто дно. Публичная роспись в собственном бессилии. Поэтому обычно такие печатки снимают только с мертвых, и родственники готовы на все, чтобы заполучить их обратно. Надо лишь подумать, во сколько мне бы хотелось оценить все доставленные неудобства.

В другом конце гостиной вдруг мелькнула яркая вспышка. Паренек — на вид совсем юный, возможно, стажер — присел у самой крупной туши сколопендры и, наведя камеру смартфона, сделал с ней селфи, позируя будто рядом с любимой девушкой. Конечно, где еще такую красавицу найдешь.

— Вот же разболтались совсем! — буркнула наша мадам.

Отставив коробочку с лапшой, Дарья направилась в другой конец комнаты и начала сурово отчитывать паренька. Тот же виновато закивал, пряча смартфон в карман.

— Что, у нее и такие полномочия есть? — удивился Глеб. — “Валькирий” гонять?

— А Дарья Алексеевна разве вам не говорила? — остановился рядом один из сотрудников отряда.

— О чем именно? — я повернул голову.

— Она была у нас заместителем главы отряда, мессир.

Я посмотрел на Дарью прямо другими глазами. В принципе, я уже давно понял, что она не канцелярская зануда, но чтобы вот так, из “Валькирий”. Да это же вообще топ, элита прямо-таки по меркам Синода.

Вернувшись, наша важная мадам плюхнулась обратно и подхватила коробочку с лапшой.