Книга В аду любят погорячее, страница 205 – Мэри Блум

— В общем, — с ходу начала она, — я долго думала и поняла. Я на тебя сержусь.

Видимо, сильно долго думала — и решила именно сейчас мне об этом сообщить. Не увидев реакции, Ася с недовольством прищурилась.

— Я поняла, ты выбрал не меня. Окей. Это обидно, но я была готова с этим смириться. Раз ты любишь ее, окей, так и быть. Но когда к тебе переехали сразу две, я не поняла… — ее глаза с вызовом впились в меня. — Почему их две?

Обычно я отвечал, что рук тоже две, однако сейчас шутка была бы неуместна. Так что я просто пожал плечами. Ее нотации тоже были неуместны.

— Не понимаю, — она сцепила руки на груди, — почему там, где две, не может быть и три? В чем причина? Почему если не выбираешь единственную, нельзя выбрать и меня?..

Это “и” меня царапнуло. Царапнуло тем, что я больше всего не переношу, — лицемерием.

— И что, — спросил я, — ты согласна быть второй, третьей?

Ася сурово поджала губы — иными словами, даже промолчав, ответила на свой вопрос. Я вздохнул.

— Как сделать, чтобы все было нормально? Реально как раньше.

— Как раньше никак, — без раздумий отозвалась она. — А хочешь, чтобы все было нормально, два варианта. Либо приглашаешь меня к себе…

Она замолчала, и гостиную окутала тишина.

— Либо? — нахмурился я.

Тишина стала еще плотнее, накрывая нас как одеялом.

— Либо пошли меня на хрен!

Теперь я наконец понял, зачем она пришла.

— Так пошли, — добавила Ася, — чтобы у меня появился повод. Чтобы я тебя возненавидела. У твоей девушки, — она с досадой кивнула на дверь, за которой спала Саша, — с этим не было никаких проблем!

Наверное, потому что вы с ней и не были знакомы всю жизнь. Мрачно рассматривая ее, я откинулся на диван. Как удобно-то: разобраться со своими эмоциями моими руками — сделать себе все просто и понятно, а мне сложно и запутанно. Нет уж, разбирайся сама. Я не хочу, чтобы мне кто-то указывал, что мне чувствовать и говорить. Понимала бы это, может, у нас бы с тобой и вышло все по-другому — ты же вечно пытаешься делать меня удобным для себя. А я не лох, чтобы сидеть у тебя в кадке.

Ася нахмурилась, словно прочитала все это в моих глазах — все-таки мы дружили всю жизнь. Диван протяжно скрипнул. Вскочив, не прощаясь, она стремительно направились обратно к двери моей комнаты, однако у самого порога внезапно обернулась.

— Кстати, — как бы между делом бросила она, — мне тут Кира звонила. Сказала, одна ее знакомая мной интересуется. Хочет меня себе…

Перед глазами молниеносно пронеслась ржавая туча над парком. Джи сегодня доказала, что может быть для меня смертельно опасной, но если объединится с Асей, будет опасна вдвойне. А две смерти уже можно и не пережить.

— Думаю, — максимально незаинтересованным голосом отозвался я, чтобы вдруг не убедить ее в обратном, — тебе не стоит знакомиться с этой знакомой.

— А что взамен? — довольно спросила Ася.

А вот за такие ультиматумы я теоретически мог ее и послать.

— Подумай пока, — она улыбнулась, словно прочитав и это по моим глазам. — Спокойной ночи.

Она ушла, хлопнув дверью лоджии на прощание, и я устало выдохнул. Да уж, девчонки могут укатать мозги покруче любых аттракционов. Интересно, у Казановы были такие же проблемы с девушками? И как он с ними справлялся? Подозреваю, такими темпами я не успею написать мемуары. Стараясь отвлечься, я подхватил пульт и включил телевизор. Однако вместо привычной яркой картинки музканала экран занимала чернота, в самом центре которой сменялись цифры. Пять. Четыре… Что, телевизор отсчитывает мгновения до того, как взорвется? Три… В принципе, от этого дня можно было ждать чего угодно. Два. Один… В тишине раздался писк, и вместо таймера на черном экране вспыхнула надпись: