Книга В аду любят погорячее, страница 139 – Мэри Блум

Нервы дернулись как от укола, следом дернулись руки, и смартфон яростно полетел на диван.

— Да вы все издеваетесь?! — вскрикнула Майя. — Я не трахаюсь просто так!..

Крик, казалось, еще пару секунд летал по гостиной. Саша, сидящая на другом конце дивана, примиряюще взмахнула руками.

— Ну вот и отлично. Все выяснили. Тогда я тоже с сегодняшнего дня буду без резинок!

— Залететь хочешь, — буркнула Майя, — и меня выставить?

Только сейчас удалось понять, почему нервы колотило так сильно, а по коже словно бил озноб. Эти эмоции я узнал не сразу, потому что никогда не испытывал их так остро и так тесно. Сливаясь и переплетаясь, ее тело раз за разом сжимали тревога и злость.

— Да я уже давно на таблетках, — немного беспечно отозвалась Саша. — Мало ли, порвался бы в какой-нибудь подсобке…

Пальцы торопливо подхватили смартфон и распахнули окошка чата со мной — с длинной вереницей прочитанных, но неотвеченных сообщений. В груди противно кольнуло. Заметно подергиваясь, пальцы застучали по клавиатуре, с трудом попадая по нужным буквам.

“Мои слова вообще ничего не значат?”

— Он же как войдет, — болтала рядом Саша, — так вообще себя не контролирую, а у него и вовсе мозги перемыкает. Сама же знаешь…

Эмоции, раздиравшие изнутри, будто облекались в слова — точнее, в одно конкретное слово. Как и прежде, я не мог читать мысли, но отчетливо ощущал, как ей хотелось крикнуть “заткнись!” Вместо этого пальцы Майи еще лихорадочнее забарабанили по экрану.

“Ответь хоть что-то!”

В окошке чата высветилось, что оба сообщения прочитаны. Глаза снова начало резать — таким раздражающе ярким казался экран. Сашина не умолкающая болтовня бесила. Заткнись! Заткнись! Заткнись!.. Но с губ не срывалось ни звука. Тревога с каждой секундой стучала все громче, заставляя сердце ускорять ритм. Нервы вибрировали, как таймер, отсчитывая мгновения до взрыва. Даже не читая ее мысли, я прекрасно понимал, от чего это все — она не дождалась моего ответа. Погаснув, экран ушел в черноту — и, как цунами, налетела волна, заглушая Сашин голос, грозясь захлестнуть все вокруг и раскрошить на части. Теперь ей хотелось крикнуть совсем другое слово — но не Саше, а мне — и я его тоже знал. Знал, как меня любят, а еще знал, как за это ненавидят.

Смартфон снова полетел на диван.

— Ну вот что ты психуешь? — спросила рядом Саша. — Ревнуешь, что ли? Это же просто секс!

В голове словно прозвучал взрыв, выпуская все эмоции наружу. А затем волна неожиданно откатилась. Все, что еще миг назад дрожало и дергалось, вдруг стало холодным и пугающе, неестественно спокойным.

— А ты могла бы, — в голосе Майи прозвучал внезапный вызов, — ему изменить?

Саша удивленно заморгала, на пару мгновений выпав от вопроса.

— А ты?

— А я, — чеканя каждое слово, произнесла Майя, — считаю, что раз ему можно, то и мы имеем на это право…

Следом что-то громко щелкнуло, будто мой лифт достиг дна. Все вокруг стало черным — и чернота поглотила меня.

— Такой пьяный… — донеслось откуда-то из мрака, и этот голос, как канат, потянул сознание из забытья.

— По-моему, — голосов становилось все больше, — ему уже хватит…

Следом раздалось бьющее по ушам хихиканье.

— Этому парню больше не наливать!..

Тонкая полоска света ударила под ресницы, и, поморщившись, я распахнул глаза. Ченрное, красное, бордовое — все вокруг сливалось и смешивалось. Комната нещадно шаталась, раскачиваясь из стороны в сторону, как на карусели — хотя я вроде сидел. Голова была как в тумане, готовая отключиться в любой момент. Опасаясь, что снова поплыву, я схватился за единственный твердый предмет, который оказался краем стола. Три обнаженных тела рядом казались миражом. Размытые, словно оставляющие шлейф в пространстве, они подошли — близко, слишком близко, пугающе близко…