Книга Секса будет много. Тома 1 и 2, страница 99 – Мэри Блум

Все сильнее сжимая мой локоть, словно намекая, что вывернет руку, если я попытаюсь хоть что-то выкинуть, демоница вывела меня в пустой коридор и только, когда мы наконец остались наедине, отпустила.

— Я не знаю, что это было, — с нажимом начала она, — но это было в последний раз. Если ты думаешь, что со мной можно играть, то советую подумать еще раз, пока есть чем.

Она по-хозяйски запустила руку в мой карман и вытянула оттуда медальон.

— Я не хочу, — сказал я.

— Тогда попробуй меня остановить, — заявила Би и локтем прижала меня к стене.

Я почувствовал себя щенком, на которого хозяин впервые надевает ошейник. Цепочка медальона резанула шею — Би не была особо нежной, и позолоченная пластина с глухим шлепком упала на грудь. Пульсирующее тепло мгновенно побежало по коже, словно ловя отголоски чужих желаний из зала, заряжая медальон жаром даже с такого расстояния. Что же будет внутри? Меня же там просто разорвет.

— Все равно я его сниму, — проворчал я, потирая шею.

— Снимешь в этом клубе, — в ее глазах заплясали сердитые ярко-красные огоньки, — загоришься на месте, как огромный факел. Это тебе в наказание за наглость!

— А как же…

— И не надо, — перебив меня, острый ноготь ткнул мне прямо в грудь, — говорить мне про свободу воли. У тебя есть выбор: сгореть заживо или остаться в медальоне!

Выбор был обалденный, так что я даже не нашел, что возразить. В то, что я реально загорюсь, верилось с трудом — я больше склонялся к мысли, что это просто какая-то «смешная» адская шутка. Но неоспоримым было одно: с Би любая шутка могла закончиться серьезными последствиями. Значит, придется рассматривать угрозу как вполне реальную. И потом я же не знаю, при каких обстоятельствах этот медальон переходил от фамильяра к фамильяру. Может, кто-нибудь так и сгорел на работе.

— В конце концов, — суккуба немного смягчилась, — что такого страшного происходит? С этим медальоном ты можешь поиметь всех своих одноклассниц! Неужели никогда не хотелось? Это ж просто мужская мечта!

— Ни один парень не мечтает поиметь всехсвоих одноклассниц, — без энтузиазма отозвался я, — разве что самые всеядные, но я таких не встречал.

— Ну так поимей избранных!

И как она себе это представляет? Я сейчас на виду у Аси начну срывать флаги бывших одноклассниц, уводить их в туалет, трахать поодиночке, а потом выпускать на волю?

— Да, малыш, именно так я себе это и представляю, — ответила Би моим мыслям. — Если смущаешься, можешь начать со своей Аси. Уверена, она будет так довольна, что остальных даже не заметит!

Демоница деловито поправила медальон на моей груди.

— Хватит уже хранить этот неприкосновенный запас на черный день. Вот он твой черный день, сегодня! — добавила она таким голосом, словно вдохновляла меня на великий подвиг. — Так что иди, распечатывай!

— Ну нет, — я небрежно затолкал медальон под рубашку, — это без меня.

— Ну не хочешь ее, начни с кого-нибудь другого, — милостиво разрешила Би. — Они и так тут все уже готовы.

Я мотнул головой. Мы в очередной раз возвращались к одному и тому же: она опять пыталась указывать мне, где, когда и главное с кем я должен, по ее мнению, трахаться. Такое ощущение, что в ад она попала за сверхнавязчивость.

— По-моему, ты меня не поняла, — спокойным голосом начал я, — у меня на этот вечер другие планы. Ты, конечно, можешь силой надеть на меня медальон, заставить делать что угодно, заставить трахаться. Но заставить меня хотеть трахаться ты не можешь, — добавил я, глядя ей прямо в глаза, чтобы получше донести эту мысль. — Сегодня я не хочу секса, и сегодня у меня его не будет. По крайней мере, по моей воле.