Книга Секса будет много. Тома 1 и 2, страница 303 – Мэри Блум

Проигнорировав его, Би повернулась ко мне.

— Малыш, вставай! Не забывай, зачем сюда пришел.

Опираясь о стену, я медленно поднялся. В голове противно гудело от недавнего удара, затылок ныл, требуя как можно скорее встретиться с подушкой — и препятствий для этого больше не было. Дверь, закрытая магией, сейчас была открыта, причем настежь. Яна стояла там же, где я ее и оставил, апатично уставившись в пол, вообще не реагируя на творящееся вокруг.

— Бери-и-ите! — усердно уворачиваясь от языков пламени, пытающихся лизнуть его бока, проблеял сатир. — Де-е-евочка ва-аша!..

Мой взгляд сам собой соскользнул с Яны на других девчонок, сидящих по всей аудитории, как манекены на витринах. Вероятнее всего, на них тоже всем плевать, и никто за ними не придет. Я заберу Яну, дверь закроется, и они останутся тут с однорогим пафосным козлом. На сколько? Навечно? Или пока не отберет у них красоту и молодость, а потом выбросит как испорченные игрушки?..

— А остальные? — спросил я.

— А остальные? — Би переадресовала мой вопрос вращающемуся над огнем сатиру.

— Такого уговора не было! — возмущенно буркнул он. — Это грабе-е-еж! Это непра-а-авильно!..

Демоница небрежно махнула рукой, и пламя прибавило мощности, как на газовой горелке.

— Да забира-а-айте! — взвыл он, подпрыгивая в воздухе, уворачиваясь еще отчаяннее. — Граби-и-ители!..

В глазах Би мелькнули всполохи пламени, куда более яркого, чем то, что на полу.

— Ты что, — зловеще спокойно спросила она, — посмел проявить ко мне неуважение?

— Что, что вы, госпожа Беатри-и-иче! — испуганно проблеял сатир, которого закрутило еще быстрее.

— Смотри, еще раз проявишь — и я тебя испепелю!..

Оттолкнувшись от стены, я подошел к двум девушкам, сидящим на соседних партах. Как и Яна, они обе безучастно смотрели себе под ноги. Я пощелкал перед их глазами, однако это не вызвало никакой реакции — даже на звук не повернулись. Они все здесь были в одинаковом состоянии: без личностей и характеров, мыслей и желаний, лишь красивые послушные оболочки, с которыми можно было делать все, что угодно. По ощущениям, я мог потискать их во всех местах, и они бы не возражали.

— И куда их? — спросил я.

— Куда хочешь, — отозвалась Би, — хоть к себе домой забери.

Очень смешно… Без особого успеха я снова пощелкал перед их глазами, задаваясь вопросом, как бы их отправить по их домам. В таком состоянии они вряд ли вспомнят адрес. Надеюсь, у Би есть какое-нибудь противоядие от этого магического транса.

— Ну хоть одну-то оста-авьте! — вдруг оживился сатир. — Это же не ва-аша территория! Синьор Сальвадоре лично мне разреши-ил!..

Похоже, чем больше он подрумянивался, тем говорливее становился — и тем меньше замечал, каким насыщенно красным цветом заливались огоньки в глазах Би.

— А забирать у меня все это непра-а-авильно!.. — причитал он. — Так же нельзя-я!..

— Все, достал! — резко бросила она.

В один миг пламя разгорелось так мощно, словно в него влили целую бочку бензина. Столб взвился до потолка, охватив сатира целиком, поглотив вместе с болтающимися руками и копытцами. Из огненной стены донеслось жалобное беспомощное «Бе-е-е-е!». Однако уже через секунду и пламя, и вращавшийся в воздухе сатир бесследно исчезли. Со звоном на пол упал массивный золотой медальон, и все вокруг затянула тишина. Ни копоти, ни дыма по-прежнему не было. О произошедшем напоминали только маленькие искры, летающие по аудитории как красные мотыльки.