Книга Секса будет много. Тома 1 и 2, страница 161 – Мэри Блум

Я нехотя повернулся к Би, уже догадываясь, к чему она ведет. Но спящая у нее в заложниках Ася не давала мне высказать вслух все, что я об этом думал.

— Ты как тот осел, — махнув в мою сторону пальцем, продолжила она, — с одной стороны «Я не трахаюсь с другими, чтобы не расстроить Асю», а с другой «Я не трахаю Асю, чтобы можно было трахать других». И пока тебе в руки не попал медальон, ты просто мотал головой от одной кучки к другой и в итоге не трахал вообще никого! Так что будь благодарен, если бы не я, ты бы до сих пор был девственником…

Я молча прислонился к столу. А что на это сказать? Спасибо?

— Поэтому в благодарность на этот комикон, — Би ткнула на погасший экран Асиного смартфона, заставив его выплыть из темноты и показать цветастое приглашение, — пойдешь ты. И никакие ответы, кроме радостного согласия, здесь не принимаются!

Нутром чувствуя, что здесь какой-то подвох, я хмуро покосился на письмо. И дался же им всем этот комикон!

— И зачем мне туда идти?

— Долго объяснять, — отозвалась Би. — Ответа «Ты должен» тебе хватит?

— Думаю, нет, — я покачал головой. После вчерашнего ввязываться в ее авантюры без всяких объяснений не хотелось.

Пожав плечами, она выдвинула мой стул и села, сложив нога на ногу, будто готовясь к долгим переговорам. В принципе, ей-то спешить было некуда — это я рисковал опоздать на пары, слушая очередной курс занимательной демонологии.

— Думаю, не надо объяснять, — начала она, — что ад и рай тысячелетиями ненавидят друг друга, и эта ненависть постоянно выливается в конфликты. Раньше была жестокая война: мы сражались друг с другом, не считая жертв и потерь, не оставляя противнику даже шанса на существование. Об этом ты можешь почитать в любом учебнике истории…

Би махнула рукой на книжную полку, где еще пылились мои старые учебники. В школе я любил историю, но что-то не помню там таких слов, как «ад» и «рай». Или это я читал невнимательно?

— Но это было давно, — продолжила она, — а сейчас у нас формальное перемирие, которое не всем нравится, но которое всех устраивает. Построено оно на традициях, которые всем приходится соблюдать. И сегодня, — она сделала небольшую паузу, — время как раз одной из таких традиций.

Би снова ткнула на Асин смартфон, и на экране загорелись время и дата — самая обычная дата, не говорившая мне ни о чем.

— Сегодня день передачи прав, — пояснила Би, — что-то вроде дня примирения, когда мы все: и из ада, и из этого гадюшника наверху, — она небрежно проткнула пальцем воздух, — собираемся и с уважением чтим друг друга…

Ага, в каждом ее слове прямо-таки сквозило уважение.

— И этот комикон — место, где мы все собираемся. Пусть тебя не смущает форма. Раньше были маскарады — пляски масок, где демонам и ангелам проще затеряться среди людей, а теперь это комиконы, где чужие крылья или рога вполне могут оказаться настоящими… Так что, — подытожила она, — с костюмом надо заморачиваться только вам, людям.

— А зачем там мы, люди? — осторожно поинтересовался я, уже по опыту зная, как легко она делится тем, что для меня неважно, и как сложно вытянуть из нее хоть что-то, что вполне может испортить мне жизнь.

Би усмехнулась.

— Потому что без людей неинтересно. Да и к тому же нашим фамильярам там тогда нечем будет заниматься. По фамильярам, кстати, тоже есть своя традиция…