Книга Ночь с последствиями, страница 110 – Мэри Блум

Бьянка выглядела немного растерянной, а лицо Марии, как всегда, ничего не выражало, оставаясь бесстрастным и невозмутимым, несмотря на все слова, которые она только что произнесла. Демон, решил Матео и хмуро отвернулся. Демон, которым может управлять лишь Бьянка… Завтракать ему резко расхотелось, и он вышел из дома, с силой захлопнув дверь.

В гостиной остались только Мария, продолжавшая пить кофе так, будто ничего не произошло, и Бьянка, вздрогнувшая от хлопка. Звук болезненным эхом, отозвавшись в голове, утонул в паутине мыслей. Полночи она ворочалась на кровати, боясь, что он теперь уйдет. Конечно, он обиделся. Любой бы обиделся… Спина Матео растворилась среди зелени сада, и Бьянка уныло отвернулась от окна. Ну вот как ему теперь объяснить, что это вообще такое было? Что у нее не было выбора, что она хотела этого не больше, чем он… Да и поверит ли он? Она бы даже сама себе не поверила.

— Я должна хоть что-то сделать… — вздохнула она.

— Можешь помочь собрать ему сумку, — отозвалась Мария.

Бьянка вздохнула вновь, уловив за спокойствием холодную жесткость.

— Не хочу, чтобы он уходил…

— Пара часов, чтобы он переключился с одной девушки на другую, — Мария опустила кружку на стол с легким скрежетом недовольства. — Демонстрация нагляднее некуда.

— Ты его спровоцировала, — возразила Бьянка.

— Я его не заставляла.

Солнечные лучи пробежались по кусочкам пластика, и Бьянка задумчиво склонилась над ними. Из-за это он тоже обиделся. Может, даже гораздо больше чем за все вчерашнее.

— А тебе на кажется, — после паузы спросила она, рассматривая пейзажи на магнитиках, — что это уже перебор?

— Не кажется, — отрезала Мария и, взяв свой смартфон, вышла из дома.

Дверь хлопнула даже громче, чем в первый раз, и Бьянка снова вздрогнула. Теперь вот еще и Мария… Эти магнитики были как дурной знак. Мария купила их тайком от нее. Что еще Мария может сделать тайком? Конечно, она ничего не сделает во вред ей, но вот ему…

Кладбища Матео не любил, но, устав блуждать по заросшему саду и не желая возвращаться в дом, он в итоге свернул в сторону жутковатой старой церкви и, обогнув ее, вскоре оказался среди надгробий. В конце концов, в этом месте живые куда опаснее мертвых, решил он, осматриваясь. Большинство каменных могил густо заросли травой, надписей на них или не было вовсе, или они почти стерлись от дождя, ветра и времени. В некотором отдалении от основных захоронений был насыпан холм с большим крестом. Братская могила, как ему однажды сказала Мария. Вот только чья, он тогда уточнять не стал и, признаться, до сих пор знать не хотел. В противоположной стороне от холма располагались два мраморных склепа, стены одного из которых были украшены причудливым узором. Хотя бы живописно, подумал Матео и побрел туда.

Увиденное его не разочаровало. На мраморе были высечены прекрасные цветы, похожие на розы, от безжизненной красоты которых ему, однако, стало немного не по себе.

— Сильвия де Варгас, — прочитал он надпись над дверью и посмотрел на даты.

Женщина умерла совсем молодой и была похоронена тут сорок лет назад. Этого оказалось достаточно, чтобы Матео догадался кто она: та самая двоюродная бабушка Бьянки, портрет которой висел в гостиной. Он с любопытством заглянул внутрь склепа и тут же отпрянул, почувствовав, как неприятный холодок пробирается под кожу. Там, в полумраке, в узком пространстве между тяжелых стен, стоял не один гроб, а два, так близко друг к другу, будто это было ложе любви, а не последние пристанище. И от этой странной, почти интимной близости становилось жутко, словно кто-то хотел обмануть смерть и навсегда остаться с любимым. Но она все равно оказалась сильнее, и на безжизненно-бледном мраморе стен не было другого имени. Так и не поняв, хорошо это или плохо, Матео снова заглянул внутрь и, прищурившись, различил надпись прямо над гробами: