Книга Незабываемая Лола, страница 16 – Мэри Блум

Одна его рука лежала на ее плече, а вторая — обхватила талию. Для попытки защитить от случайного столкновения он держал ее слишком крепко и слишком смело. И попытка эта больше напоминала объятия, причем совсем не дружеские.

— Я же здесь не из-за тебя, да? — тихо спросила Лола, чувствуя одновременно и тепло его ладоней, и холод стены, к которой он ее прижал.

— У меня нет таких возможностей, — Эван быстро убрал руки и, не оборачиваясь, направился вверх по лестнице. — Пойдем!

Подумав, что вообще-то с ним идти бы так далеко не следовало, Лола все-таки продолжила подниматься по ступеням. В конце концов, он был единственным, кто ее слышал и видел. И он обещал ей помочь. К тому же за один день он вызывал ее улыбку чаще, чем остальные за несколько месяцев. Что плохого он ей может сделать? К тому же они давно знакомы. И она не помнила, чтобы про него говорили хоть что-то плохое. Правду сказать, она вообще не особо помнила, чтобы про него хоть что-то говорили… Но это же хорошо, верно?..

На втором этаже было с десяток комнат, родители Родрига, у которого проводилась вечеринка, были богаты. Уверенно пройдясь по коридору, словно был здесь не впервые, Эван распахнул дверь. Лола с любопытством вошла следом за ним. Комната оказалась довольно большой и своим не слишком опрятным видом напоминала спальню парня. Видимо, самого Родрига.

— Что мы здесь делаем? — спросила она, немного встревоженно покосившись на незаправленную кровать и все еще раздумывая, насколько безопасно оставаться с Эваном наедине. Все-таки она знает его давно, но не хорошо, а это — разные вещи. Да и его руку на своей талии она почему-то помнила до сих пор так живо, будто он все еще ее обнимал. Не сказать, что это было неприятно, но они не настолько близки, чтобы позволять ему подобное.

Однако, к ее облегчению, Эван направился в противоположный конец комнаты к письменному столу и, распахнув верхний ящик, вытащил оттуда толстую папку.

— Смотри! — на стол упали несколько фотографий.

Заинтригованная Лола подошла к нему и почти сразу же об этом пожалела. На каждом глянцевом квадратике была она сама в неизменной форме школьной чирлидерши. Там были фотографии с репетиций и выступлений, почти на каждой из которых она или задирала ноги, или наклонялась, или выгибалась. Губы были полуоткрыты, глаза призывно горели. Будто это были не снимки обычной школьницы, а обрывки фотосессии для какого-нибудь мужского журнала. В общем, Родриг сумел запечатлеть ее таким образом, что ни одного приличного фото в папке не было. Оставалось только подивиться его умению ловить подобные моменты.

— Вот извращенец! — проворчала она, вспоминая раздевающие взгляды, которыми ее обычно одаривал Родриг, и стараясь не думать, ни зачем он делал эти снимки, ни как он их потом использовал.

Папка с шумом захлопнулась, и Эван небрежно бросил ее в ящик, а Лола, пораженная внезапной мыслью, повернулась к нему.

— И ты за всеми следишь?

— Наблюдаю, — поправил он.

— А за мной?.. — переведя дыхание, спросила она. — Меня… Как много ты видел в моей комнате?

В конце концов, она там спала, одевалась и раздевалась. И от одной мысли, что Эван мог за ней наблюдать, ее бросило в легкую дрожь. С одной стороны, было немного жутко, а с другой — любопытно и даже… Волнующе?..