Книга Два босса для матери-одиночки, страница 76 – Tommy Glub

— Я вообще не хочу о вас обоих думать, — хмурюсь я.

— А как же тот факт, что ты сходишь с ума от мысли, что мы этой ночью трахаемся с нашими блондами? — Дима шепчет мне это на ухо. Снова. Я вздрагиваю. Понятно теперь, откуда они знают, что Кира сегодня нет дома. Ай-яй-яй, а подслушивать меня с подругой — некрасиво.

— Идите к дьяволу! — последний шанс просто их выгнать с треском проваливается.

— Мы уже у неё. У чёртовой дьяволицы, которая не даёт нам нормально спать по ночам, — Дима вырвал меня из рук Матвея, отставив бутылку с вином на тумбочку. Уверенно впивается в губы грязным, мокрым и пошлым поцелуем, разводит языком губы, вторгаясь внутрь. Чувствуя мою капитуляцию, он притягивает за шею сильнее. Властно и жадно. Прижимает к себе, чтобы уже через секунду я почувствовала Матвея. Его ладони ложатся на попу и сжимают её сквозь ткань халатика.

Поцелуй Димы другой. Не такой, как пару ночей назад. Он властный, стирающий все границы дозволенного и такой порочный, словно мои губы — это всё, что ему сегодня нужно. Он вгрызается в них, вкусно, сильно и местами, до вскрика как больно.

— Хотя бы немного бы перестала быть такой вкусной… Мы пришли забрать сегодня твой сон.

А ещё мои чувства, мою адекватную и нормальную жизнь, меня всю. Знаю-знаю.

Только мне хватает этого чёртового поцелуя, лишающего всех установок, чтобы послать всё нахер.

Я повернулась к Матвею, едва Дима немного замешкался. Впилась в его губы поцелуем, почувствовала, как он с неким удовольствием обвёл мой язык своим и совсем не кривясь оттого, что на его кончике был вкус Димы. Матвей отстранился и словил мой взгляд своими голубыми глазами.

А после в них что-то замерло. То ли удивление, то ли шок, то ли резко стало трудно дышать от смеси возбуждения и желания мною обладать. Но я лишь усмехнулась, закончив с его ремнем и уверенно опустилась вниз, хмыкнув:

— Не стоит дразнить дьяволицу, от которой ты теряешь рассудок, — смотрю на него снизу вверх, освобождая его орган из дорогущих трусов. Осторожно, нежно и бережно пробуя сразу его на вкус. Матвей жадно сглотнул, шокировано, маниакально даже, смотря на то, как я уверенно скольжу по его стволу губами. Немного выпускаю его изо рта и обхватываю тесно самую чувствительную часть, замечая, что вместе с гортанным и неконтролируемым стоном, Матвей просто прикрывает глаза, а его ладонь постепенно наматывает мои волосы…

Но боли я так и не почувствовала. Лишь простреливает таким ярким дежавю, что мне трудно становится дышать и хочется только на полную прочувствовать это ощущение. Потому, что я уже делала ему минет. Тогда, на шикарной яхте… Фантомно чувствуется запах мятно-тропического кальяна и настоящей свободы…

Он, отпустив волосы и быстро отведя свои ягодицы, поднял меня.

— Я не закончила, — резво произнесла я.

— За то мне хватило, — отрезал Матвей. Он доходит до дивана и там, уверенно поставив меня на колени, ворвался на всю длину внутрь, выбивая из груди стон. Чувство такой долгожданной наполненности туманит рассудок. Мне хочется закричать, но боюсь, что не поймут соседи. Потому я выгибаюсь и позволяю ему взять мои руки, зафиксировать и с рыком выбивать из меня хриплые выдохи. Я чувствую всё так, словно оно происходит в замедленном режиме. Матвей двигается резко, звонко, но при этом я ощущаю каждую венку и всего его. Объективно, живой мужчина и его горячий орган — намного приятнее ощущается. Кажется, из-за алкоголя не только мои чувства обострились. Ещё и ощущения стали ярче. Потому я уже не сопротивляюсь.