Книга Два босса для матери-одиночки, страница 124 – Tommy Glub

— О, чёрт, — Матвей хрипло реагирует первый, осторожно прихватывает зубами тонкую лямочку лифа и приспускает её. — Зря ты решила нас испытывать. Я не трогал тебя много месяцев и уже не могу обещать, что буду сдерживаться.

— Ты хоть предупредить можешь, — я чувствую как ладонь Димы сжимает несильно мою грудь и как скоро отодвигает кружевное бельё. А сам шепчет мне в ухо, водит узоры языком по шее и явно даже не понимает, что я и сама медленно сгораю от желания.

За одну секунду мы сошли с ума. Словно Дима активировал яд внутри одной лишь фразой. И этот яд под кожу проник, и заставляет вскипеть кровь от томного и порочного огня возбуждения.

Платье выкидывается вон. Моя, после двух беременностей, не сильно идеальная грудь их возбуждает едва ли не сильнее, чем безумно похотливый взгляд Матвея, когда он расстёгивает свою чёрную рубашку. Они оба выбрасывают ненужную одежду, как и обычно, действуя слаженно и уверенно, а я даже не замерла от их маленьких шрамов по всему телу.

Поцелуй Димы меня подкидывает так, словно внутри сдетонировала бомба. И я, застонав, отозвалась всем телом на его ласку. Едва же он переходит на мою шею, оставляя влажные следы на коже, я отвечаю Матвею на такой же страстный поцелуй. Мягкие губы дарят нежную и томительную ласку, словно немного гася внутри меня пожары боли и одиночества. А срывающиеся слёзы счастья всю последующую ночь постоянно кто-то слизывал, чтобы они не охлаждали разгоряченную кожу.

Да, это и есть счастливое начало.

Солнышко так греет, что даже в восемь утра уже жарковато. Если бы не тёплый ветерок, и не приятный морской бриз, было бы точно невыносимо…

Впервые за столько времени я вновь предоставлена сама себе. Как-то всё завертелось, закрутилось… Переезд в новый дом, маленький ребёнок и его зубки, первые сложные контрольные Кира… И, несмотря на то, что я теперь была не одна, всё равно успела устать.

Дима и Матвей помогали мне всем, чем могли. Брали на себя помощь Киру, иногда вставали поочереди к Лёше ночью и качали его, пока я одним глазом следила. Материнское сердце просто не может спать, пока малыш хнычет от неприятных ощущений.

А прилетев в Грецию, мы весь вчерашний день провели в дороге, добираясь до моря и яхты, на которой мы планировали отдыхать все семь дней и уже шесть ночей. Добравшись до большой и красивой яхты, мы расположились там, команда отплыла и мы лишь успели поужинать и выпить вина. Недалеко от причала снова остановились и крепко уснули вместе.

Отчасти, так — тоже хорошо. Я сейчас была действительно счастлива каждый день нашей совместной жизни. Около месяца ушло только на то, чтобы привнести в наш дом уюта и тепла. Но морально ни о каких свободных отношениях и сексуального удовольствия от нашей совместной жизни мы втроём не почувствовали.

Так что сейчас я вышла наружу в одном купальнике, едва проснулась. Оставила мужчин досыпать несколько часиков, и, взяв клубнику и шампанское, поднялась на первый этаж, чтобы прилечь на огромном диване под навесом и наблюдать за островом Крит.

Тут всё началось.

Так странно…

Это было почти двенадцать лет назад, а я помню этих страстных и сладких парней, что на две недели мне снесли рассудок. А полтора назад они снова ворвались в мою жизнь и добавили смысла. Раскрыли глаза мне и всем вокруг. Изменили до неузнаваемости отношение к нашим чувствам. Ведь едва мы стали уверенно всем вокруг говорить, что наша жизнь — для нас нормальна и привычна, больше вопросов не задавалось. В офисе много ходило слухов и некоторые девчонки решались, спрашивали… А я всем говорила только о том, что каждый в этой жизни выбирает своё. Каждый может быть собой и жить как ему хочется.