Книга Жнец и ведьма. Том 1, страница 9 – Виктория Рогозина

Матвей чувствовал это. Чувствовал и наслаждался.

«Я заберу твою душу», — пронеслось в его голове. Он шагнул вперёд, властно обхватывая её за талию и притягивая к себе. Их разделял только воздух, тёплый, пульсирующий от наэлектризованной магии. Он наклонился, останавливаясь в миллиметре от её губ. Позволяя инкубской энергии проникать глубже, расплетая её самообладание, возбуждая каждую клетку.

Взгляд Варвары затуманился. Она дрожала. Казалось, вот ещё секунда, и…

Внезапно. Острая, обжигающая боль взорвалась у него в паху. Матвей согнулся, выдохнув сквозь стиснутые зубы. Воздух стал горьким и тяжёлым. Мир качнулся.

— Извращенец! — выдохнула Варвара, глаза яростные, губы дрожат не от страсти, а от гнева. Она отступила на шаг, натянула шлем и, даже не взглянув больше в его сторону, вскочила на байк. Мотор взревел, и она рванула прочь — стремительно, как молния, разрезая ночь.

Матвей остался стоять, стиснув зубы от боли, одной рукой держась за пряжку ремня, будто пытаясь утихомирить боль.

— Проклятье… — процедил он. — Попала. Чётко.

Он выпрямился с трудом, но уже с усмешкой. Нервной. Заинтересованной. Варвара не просто уцелела. Она ударила первой. И теперь он не просто хотел её душу. Он должен был её забрать. Не из мести. Не из уязвлённого мужского эго.

А потому что она была исключением. А исключения в его мире не выживали. Или… становились его главной слабостью.

Смартфон завибрировал в кармане — коротко, но настойчиво. Матвей чертыхнулся и, не глядя на экран, ответил:

— Могилов.

— Это я, Сухов, — послышался хрипловатый голос. — У нас… кое-что всплыло. В деле Варвары. Аномалия. Ещё одна.

Матвей сквозь стиснутые зубы процедил:

— Скоро буду.

Он сбился с темпа дыхания, чертыхнулся ещё раз — теперь мысленно, — и свернул в ближайший тёмный переулок. Пахло сырым кирпичом, где-то вдалеке урчал мусоровоз. Угрюмый подъезд вплотную сливался с тенью стены. Матвей подошёл к двери и, не дотрагиваясь, прошептал короткое, резкое заклинание. Металл щёлкнул, и мгновение спустя он уже стоял внутри — не в подъезде, а в офисе.

Сухов оторвался от голографического дисплея, приподнял бровь.

— Ты выглядишь… не очень.

— Я… — начал было Матвей, потом стиснул зубы. — Вытрясу из этой девчонки душу. С мясом. Со всем. Личными воспоминаниями. Чувствами. Этой заразе нет оправдания.

Он резко прошёл к своему месту и тяжело опустился в кресло. Боль ещё отдавалась, но куда хуже был удар нанесённый по его самолюбию. Он не просто не смог выполнить задание — его выставили дураком. Сухов благоразумно промолчал.

— Ладно, ближе к делу, — наконец буркнул Матвей. — Что там за аномалия?

Сухов провёл пальцами по экрану, вызывая документ.

— Мы перерыли более старые записи, до полной автоматизации, и нашли косвенную привязку… не к Варваре. А к некому человеку, умершему два года назад. Подпись под контрактом — его. Он просил… — Сухов прищурился. — «Получить желание взамен на душу Варвары Моревны».

Матвей замер. Лёд пронёсся по спине.

— Она продала свою душу… чтобы сохранить чужую?

Сухов кивнул.

— Именно. Но система не распознала адресата как участника сделки. Потому что это — исключение из правил. А контракты с такими условиями приравниваются к аннулированным. Но душа Варвары всё равно попала в базу как переданная. Только без условий. Висяк.