Книга Странная Лиза, страница 89 – Анна Берсенева

— Я не умею, – призналась Лиза. – Просто не пробовала никогда.

Она подошла к одной из лошадей, стоявших на краю поля. Та взглянула на Лизу влажным фиолетовым глазом, вздрогнула блестящим коричневым боком. И Лиза неожиданно почувствовала, что ей нравится эта лошадь! Она прикоснулась к ее шелковистой гриве, похлопала по крупу. Лошадь доверчиво смотрела на нее, словно разрешая быть смелее.

— Давай-давай, не бойся – в седло, и проедь кружочек, – подбодрил Григорий. – Увидишь, тебе понравится.

Павел помог Лизе взобраться в седло, и она не почувствовала никакого страха. Наоборот, ей было легко и удобно, как будто она занималась этим всю жизнь. Она осторожно, боясь сделать больно, пришпорила лошадь, и та пошла по кругу легкой рысью. Лиза чувствовала, как перекатываются крупные лошадиные мускулы, и ее ободряло то, что под ней живое существо, а не бездушная машина. Она сразу поняла, как надо держаться в седле, чтобы не подпрыгивать и не трястись, – и это новое, неведомое прежде движение доставляло ей ни с чем не сравнимое удовольствие.

— Ай да Лиза! – восхитился Григорий. – А говорила – первый раз!

Лиза проехала несколько кругов и, остановив лошадь, соскочила на землю, почти не опираясь на руку Павла.

— Да, Лизонька, вы обладаете врожденными способностями к самым разнообразным делам, который раз я это замечаю, – похвалил ее Виктор, и Лиза зарделась от его слов.

Ей было так хорошо с этими людьми! Даже Рита уже не могла бы испортить ей настроение, даже недавнее смущение исчезло безвозвратно.

В конное поло она, правда, играть не стала. Зачем портить игру асам? Они азартно носились на лошадях по полю, ударяли длинными битами по мячу и были похожи на расшалившихся детей – даже Виктор, даже Рита, не говоря уже о Никите и Грише!

«Как странно, – думала Лиза. – Ведь мы целый день ни о чем особенном не говорили – так, болтали о том о сем, – а мне было так интересно, точно я слушала чей-то необыкновенный рассказ!»

Она чувствовала, как похожи друг на друга взъерошенный мистический Гриша, и спокойный Паша, и Рита, и Виктор… Неужели это только из-за того, что они когда-то вместе учились в школе? У них даже в интонациях было что-то общее!

«Надо будет спросить Виктора», – решила Лиза по привычке.

Игроки наконец спешились – запыхавшиеся, довольные.

— Давненько не брал я в руки биты! – отфыркивался Павел.

— Класс! – сказал швейцарец Томас и показал большой палец.

У Риты раскраснелось лицо, она выглядела проще и веселее. Пот катился по лбу Неретинского, и он вытирал его благоухающим платком. Виктор тоже не казался теперь иронично-закрытым, как обычно. Он улыбался, и Лиза видела, что он глазами спрашивает ее: «Хорошо я играл?»

«Отлично!» – незаметно кивнула она.

Поздним вечером все снова собрались на открытой веранде, где утром Виктор и Лиза пили кофе. Волны цветочных запахов накатывались из темноты парка, трепетали огоньки свечей в старинных шандалах. Ночь словно впитывала покой этого чудесного дня, обещая легкий, приятный сон.

Рита набросила на плечи большую шаль в пунцовых розах, закурила длинную тонкую сигарету и уселась в кресло-качалку посередине веранды. Павел устроился в углу, остальные расселись вокруг стола.

— Отлично подзарядились, – довольно произнес Григорий. – Здесь, Витя, очень энергетическое место, старайся бывать почаще!