Книга Сдайся мне, страница 95 – Валерия Иванова

Адам перехватил мою ладонь и дернул на себя, зарылся лицом в мои волосы.

— Ты же хотела свободы, принцесса. Я тебе ее даю.

Я обнимаю его, цепляюсь мертвой хваткой и рыдаю навзрыд. Только не это. Я ему не верю! Он любит меня, любит… Я знаю, чувствую. Адам обнимает в ответ.

— Не бросай меня, умоляю… Я буду лучше, обещаю. Я все сделаю, только не оставляй, — скулю я от боли.

— Хватит, Лейла, — Адам убирает мои руки с себя и отходит.

Я обнимаю себя за живот и смотрю с обидой.

— Думаешь, я не понимаю, зачем ты это делаешь? Это все из-за той стрельбы… Ты делаешь это все, чтобы защитить меня! Но я только с тобой в безопасности! Если ты меня оставишь, клянусь, я сбегу и буду ходить с огромной мишенью на лбу, слышишь меня? Адам, не уходи… Я не смогу без тебя…

— Сможешь, принцесса, ты все сможешь, — с этими словами он дает знак парням, садится в машину и уезжает.

Я падаю на колени и пытаюсь сделать глоток воздуха — не выходит. Открываю рот в немом крике. Такое чувство, что меня выпотрошили наизнанку. Он бросил меня, оставил, нет… Мне кажется, что сердце сейчас остановится.

Я чувствую, как кто-то трогает меня, я не реагирую. Я умерла.

— Лейла, малышка моя, — слышу голос отца.

Он качает меня из стороны в сторону, как в детстве. Я обнимаю его и плачу на его груди.

— Папа, папочка…

— Все хорошо, маленькая моя. Все будет хорошо, — он поднимает меня на руки и куда-то несет.

Через пару мгновений я понимаю, что мы в машине и куда-то едем.

— Нет! — кричу я, пытаюсь вырваться из родительских рук. — Надо вернуться! Он приедет за мной… ОСТАНОВИТЕ! — меня трясет.

— Блять, у нее истерика! — это Наиль.

— Выпей, — папа дает стакан с янтарной жидкостью.

— Нет.

— Тебе станет легче.

— Не станет, — я вновь навзрыд.

Неужели никто не понимает, как мне больно! Как может стать лучше? Никогда не станет без него. Я трясущимися руками достаю телефон и набираю его номер снова и снова. Он отключен.

— Лейла, — я игнорирую. — Лейла, посмотри на меня.

И впервые за полгода я смотрю на отца. Он почти не изменился. Все такой же красивый и самый лучший. Я вижу в его светлых глазах, что он переживает.

— Что он сделал с тобой, маленькая? — шепчет с болью в голосе.

Я громко всхлипываю и обнимаю папу за шею.

— Ничего… Он ничего не сделал. Я люблю его, папа… — чувствую, как тело отца напряглось. — Почему он это сделал? Что я сделала не так?

— Ты ни в чем не виновата, такие, как он… Они не умеют любить.

Я отрываюсь от отца и пересаживаюсь рядом на кресло. Помимо нас, в машине Наиль, Тимерлан, значит, в другой.

— Ты его не знаешь, — грубо говорю я. — Ты же полюбил, — папа вздрогнул, словно от пощечины.

Мне плевать. Никто не знает Адама так, как я. Я знаю, что он вернется за мной. Не сможет без меня, а я буду ждать. Я забираю у папы стакан с виски и делаю глоток, мне и правда надо успокоиться. Вкус просто отвратительный, как эту гадость только пьют?

— Скоро подъедем к самолету и улетим домой, — спустя некоторое время вновь говорит отец.

Я невидящим взглядом смотрю в окно. Внутри такое чувство, что все онемело. Жизнь без моего Адама остановилась. Я вспоминаю наш разговор снова и снова, пытаюсь отыскать в нем подсказки. Он же вернется за мной, правда? Я же его принцесса, он не может меня оставить… Сейчас я нахожусь в окружении самых близких людей, а чувствую себя такой чужой. Адам Ибрагимов, мой супруг, стал моей семьей. И он мне нужен. Я не шутила, когда говорила, что не смогу без него. Мне даже дышать больно, в жизни не вижу смысла. Он заменил собой всех. Только он. Только с ним. Только для него.