Книга Роковая измена, страница 65 – Марина Безрукова

Глаза его были совершенно змеиные — холодные и бесстрастные, никакой жалости или сочувствия в них не наблюдалось.

Вадим, наконец, решился встать. Заколола, забегала застывшая от напряжения кровь, и он переступил ногами, как давно запертый в конюшне, жеребец. Или пони. Жеребец здесь явно не он. Хотелось сжаться в комочек, а потом просто раствориться в воздухе.

— Я понял, Андрей Владиславович, — глухо прошелестел Вадик.

— Я надеюсь, — с нажимом ответил шеф. — А то знаете ли, слухи, слухи… Отвлекают.

Вадим наклонил голову, как будто отдал честь, только что каблуками не щелкнул.

— Я могу идти?

— Идите, — небрежно махнул рукой начальник. — И передайте от меня привет Таисии Михайловне.

Вадим готов был выбежать из кабинета вприпрыжку, но нужно было сохранить лицо, поэтому он с достоинством сделал несколько шагов по направлению к двери. Массивная золотая ручка, как путеводная звезда, указывала путь к свободе.

— Не облажайся, Вадик, — вдруг раздалось ему в спину.

Он так и замер с поднятой ногой, как солдат на параде, но обернуться не решился. Столько угрозы содержалось в этом ядовитом напутствии. И демонстративный переход на «ты», и обращение по имени, как к мальчику, а не сотруднику, который почти на равных — всё это подчеркнуло нынешнее положение Вадима. Очень шаткое положение.

Вернувшись к себе, Вадим сел в кресло и обхватил голову руками. Такого унижения и позора он не испытывал еще никогда. Его, как нашкодившего щенка, только что тыкали и тыкали носом в мокрые тапки хозяина. А он только дрожал и вилял хвостом-прутиком, невнятно поскуливая и повизгивая. Откуда? Как шеф узнал все подробности? Тася? Светка? Кто? Может быть, Алёна? Эти бабы…

Вадик зарычал и забегал по кабинету. Он стащил с себя пиджак и бросил его комом в угол, потом сдернул галстук и открыл нараспашку окно. Офис был на тринадцатом этаже. Вадим застыл у невысокого края, отделяющего его от крошечных фигурок внизу, от игрушечных машин, припаркованных у входа в здание, от кукольных деревьев, чьи кроны только-только начали покрываться упругой зеленой листвой. Один шаг — и нет проблем. Порыв ветра щедро окатил лицо свежестью, и Вадик благоразумно прикрыл створку.

А этажом ниже, где в своих скромных клетушках-сотах трудился низший менеджмент, весело болтала по телефону Наталья — бывшая однокурсница, о существовании которой Вадим, если и слышал, то давно позабыл. В ее ухо уютно, как шум прибоя, рокотал голос Светки.

Она выгружала информацию порциями. Не сразу. Так чтобы Наталья не зависла, а могла обсудить все тонкости развода и новой любви Вадима Сергеевича и в бухгалтерии, и в отделе по связям с общественностью, и у рекламщиков. Вот со вчерашнего вечера и ползут, распространяются домыслы и сплетни. Знать не знал Вадик, что женский язычок в один раз может уничтожить все его коварные планы возмездия. А уж реакцию Владиславыча на себе прочувствовать и вовсе не ожидал.

Весь день Вадим скрывался у себя, не пошел даже обедать. Ему казалось, что каждый знает, о чем с ним беседовал «папа». На сочувствие не рассчитывал, слишком много желающих занять его место. Вежливо улыбаясь, оторвут один за другим его пальцы от края, который отделяет от бездны, и полетит он, кувыркаясь и подрыгивая руками и ногами, как тряпичная старая кукла.