Книга Развод. Спасибо, что ушел, страница 51 – Марина Безрукова

Мне в компании тоже вряд ли что грозит. Руководство в контакте не сидит, в друзьях у меня там не числится, а значит, им Маша разослать ничего не могла. Опозорила нас только перед друзьями и родственниками.

На совещании все мысли были заняты выходкой Маши. В доклады почти не вслушивался. Пока все разглядывали диаграммы и графики, я снова и снова перечитывал пост. Похоже, у нее на работе возникли какие-то проблемы. Да и сама она явно во взвинченном состоянии. А ведь с ней Аня…

Злость не отпускала. Она о ребенке подумала, когда решилась на откровения? Понимаю: обидно, хочется насолить, но нужно же думать. Говорил, иди к психологу. А то это уже на одержимость похоже.

Аня целыми днями одна. Маша выдумала какую-то теорию, что у ней ослаблен иммунитет и ей нельзя в школу. Ладно. Я не стал вмешиваться. Понятно, что тяжелый у всех период. Думал, пусть Маша немного успокоится, привыкнет к переменам, и потихоньку всё войдет в обычную колею.

Доминдальничался. Надо было сразу действовать – жестко и без компромиссов. Еще когда она угрожать уголовным делом начала. Ведь было же понятно – не остановится. Так и вышло.

Подумал об Ане. Я уже сделал одну непростительную ошибку, так неужели буду спокойно наблюдать, как моя дочь остается с неадекватной матерью? Там психоз в чистом виде. Уже не психолог нужен, а психиатр!

Покончив с делами, сразу поехал домой.

— Папочка! – Аня обхватила за шею, ткнулась губами в щеку.

Я поцеловал ее, распрямился, пошарил глазами вокруг. Непонятно, есть ли еще кто-то дома.

— А мама где? На работе?

— Я здесь.

Из кухни показалась Маша. Прижалась плечом к косяку, вытирая полотенцем руки.

— Анют, иди к себе в комнату. Нам с папой поговорить надо, - опередила меня, будто заранее подготовилась.

Я зло окинул ее взглядом. Она спокойно развернулась и ушла к плите. Я шагнул за ней, плотно прикрыв дверь.

— Какого хрена ты устроила? Что это за душевный стриптиз? Ты об Ане подумала? Родителей довела…

Слова срывались, как раскаленные камни. Я еле сдерживался, чтобы не начать орать. Только из-за Ани, чтобы не испугалась.

Маша смотрела на меня спокойно. Будто ей всё равно. Что это? Она под успокоительными, что ли? Глядя на эту безмятежность, хотелось схватить ее за плечи и потрясти. А еще впервые в жизни захотелось ее ударить. Я сжал кулаки, и с грохотом отодвинув ногой стул, сел.

— Илона меня оклеветала. Я всего лишь защищалась.

Маша отвернулась и принялась стучать ножом, нарезая картошку. На плите закипал бульон.

— Так и разбиралась бы с Илоной! Какого хрена ты вывалила это всё на моих родителей? У матери приступ может случиться…

— Ах, тебе не понравилось? Ну, извини. Только вы теперь с Илоной одно целое, поэтому я имею право говорить и о тебе, и о твоих похождениях. И да, я не знала, что ты не представил Анне Ивановне свою новую любовь.

— Ты!

Я всё-таки не сдержался, взвился, схватил ее за запястье, резко развернув к себе. Пофиг, что чуть не сшиб кастрюлю. Крышка не удержалась и покатилась со столешницы. Мы оба проводили ее глазами.

— Мама? Пап? - в проеме дверей стояла Аня.

Черная полоса

Илона

— Зачем?

Я постаралась вложить в голос максимум удивления.

— Ты, что, правда, не понимаешь, зачем я выложила это видео?

Костя напряженно ждал ответа. Его лицо на экране казалось зеленовато-бледным. Я вздохнула и, стараясь не говорить снисходительно, принялась объяснять.