Книга Обратники, страница 181 – Наташа Эвс

Мия повернулась и заглянула в мои глаза.

— Ты ведь не хочешь этого?

— Нет, это самое страшное, что может со мной случиться.

— Так убеди себя. Запрети себе.

— Как?

— Сердцем, Марк. Это наше оружие против темных сил. И это наше отличие от их мертвого мира. Ты ведь и сам знаешь. Твои родители это доказали.

Я помолчал, вспоминая детство и юность, проведенные в любви и заботе близких, а после опустил глаза на камни под ногами.

— Ты права. Но моих родителей нет на этом свете. Они отдали свои жизни, спасая незнакомых людей.

— Тем более. Стань сыном своих родителей, спасай жизни без размышлений: хороший человек или плохой. Ты родился таким, на твоих плечах лежит бремя лидера. Но есть еще мы, наш союз уникален, мы поможем тебе. Только не вытесняй из себя человека. Помни родителей, и с этой памятью совершай каждый шаг.

Мия была моим катализатором. Одно ее присутствие придавало мне сил, а когда эта светлая душа начинала делиться светом, мои силы утраивались.

Да, хрупкая девушка заключила в себе древнего духа тьмы, и я не понимал, как она живет с этим грузом ежеминутно, но такой странный симбиоз не очернил ее сердце. Мия осталась светлой душой, очень чуткой и доброй к человеку вообще. Она не раз сдерживала меня, она открывала мне мой собственный мир, будто лучше знала его изнутри. И еще она была чем-то особенным. Моим новым чувством, неведомым до этих времен.

Вспомнив счастливое детство с родителями, я сник. Поездка в родной поселок оставила глубокий отпечаток на моем сердце. Вспомнилось то счастливое время, когда дедушка Алексис был с нами, когда были живы родители, вспомнилась Зоя Барковская, моя тетя, она же мама Валентина, и даже Дмитрий Штефан, высокий белокожий брюнет, его отец. Мой брат очень походил на своего отца. Но только внешне.

Ностальгия накрыла меня с головой, и это чувство неожиданно потянуло к нему, к тому маленькому мальчику, что остался в моей памяти.

Валентин выходил из лаборатории, когда я встретился с ним взглядом.

— Марк? Неожиданно…

Что я слышу? Не ожидал? Он — и не увидел меня?

— Хотел поговорить, — неопределенно начал я. — Это возможно?

Валентин развернулся и встал передо мной, устремив темный взгляд прямо в мое сердце.

— Ты знаешь, что для тебя возможно все. Почти все. Пройдем в удобное место.

Мы пришли в красную комнату, в которой мне приходилось быть однажды.

— Располагайся, — брат указал на два кресла, что стояли напротив друг друга. — Твои добровольные визиты так редки.

— Расскажи о своих родителях, — начал я, пытаясь растянуть защитное поле максимально. — Где они теперь живут? Чем занимаются?

Во взгляде Валентина появился холод, но только на секунду.

— Ты удивляешь меня, Марк. Впрочем, так было всегда. Если хочешь. Дмитрий разбился. Лифт, что функционировал в здании с его офисом, сорвался с двадцатого этажа.

От неожиданности я отпрянул.

— Когда это случилось? Бедная тетя…

Мой родственник едва заметно усмехнулся:

— Давно. А бедная Зоя находится в психиатрической клинике.

— Что?

— Не устояла. — Валентин закинул ногу на ногу, сверкнув лакированным носком туфли, и задумчиво покачал головой. — Знаешь, брат, когда много хочешь — результат срывает разум.

— О чем ты? Что произошло? Мне ничего не известно.

Задав вопросы, я осознал, что поторопился, в глубине души понимая, от чего мамину кузину покинул разум. Сделка с тринадцатым темным. Это произошло, когда я был в утробе матери. Тогда отец изгонял Самаэля из мамы и меня, но древний уже успел привести своих тринадцать братьев на нашу сторону, и они разошлись по миру в поисках сосудов. Среди их числа был тринадцатый, очень хитрый. Он, как посыльный, посетил Зою Барковскую, на тот момент еще незамужнюю, пообещав ей величие будущего сына, если она этого захочет. Мама говорила, что Зоя согласилась, и это было роковой ошибкой, за которую теперь расплачивается наш мир.