Книга Порочный ангел, страница 113 – Л. Дж. Шэн

— Лев, – хриплю я, спуская лифчик, чтобы обнажить соски. – Пожалуйста, я…

— Замолчи, Бейлз. Если не будешь болтать, я хотя бы смогу притвориться, что это фантазия, и в действительности я этого с тобой не делаю. – Он хватает меня за подбородок и заталкивает мне в рот целую пригоршню снега, чтобы помалкивала. Я могла бы выплюнуть его, но только стону, и зубы сводит от холода. Лев хватается за смятый спортивный лифчик и рывком тянет вперед. Обхватывает губами покрытый снегом сосок, унимая холод горячим ртом.

От этого ощущения я распадаюсь на триллион осколков. Лев берет еще снега и начинает играть с моим соском. В один миг растирает его снегом, а в следующий успокаивает прикосновением языка. Я вращаю бедрами, пока он ласкает мою грудь.

— Я ощущаю пустоту, – стону я.

Он засовывает снег в мою киску.

Я вся содрогаюсь на грани самого мощного оргазма, когда-либо зафиксированного на планете. Раздается какой-то звук, помимо нашего тяжелого дыхания, и, открыв глаза, я понимаю, что стул, на котором он сидел, теперь валяется на полу. Сам Лев забирается на кровать и накрывает меня своим внушительным телом. Неистово припадает к моим губам. Из его груди вырывается безудержное рычание.

— Бейли.

— Лев.

Он хватает меня за шею и трахает языком в рот, да так, что выходит слишком уж непристойно для парня, который в детстве помогал мне разобраться, как правильно чистить брекеты. Кончик его языка холодный, но весь остальной рот горячий. И этим поцелуем он высасывает из меня сердце – целое, чистое, со всеми артериями, – и теперь во мне остается только пустота и бесполезная информация, которую нам давали на уроках химии.

— Дарья берегла себя, чтобы Пенн стал у нее во всем первым… но ты, я хочу, чтобы ты во всем стал у меня вторым. И последним. Моим всем.

— Все мое, – рычит он.

Я едва не задыхаюсь, когда Лев проталкивает язык мне в рот и двигает бедрами между моих ног, позволяя почувствовать, как я на него влияю. Его член толстый, твердый и огромный, и я с нетерпением жду, когда он трахнет меня в рот.

— Уже отвлеклась? – хрипит он посреди поцелуя и стягивает мой лифчик еще ниже. Оттого грудь приподнимается, и, оторвавшись от моих губ, Лев обводит языком оба соска. Прикусывает бледную кожу, оставляя следы своих безупречных зубов.

— Очень. – Я снимаю с него белую футболку, обхватываю его бедрами и, перевернув нас, укладываю на спину и сажусь верхом. Прижимаю ладони к его груди. Провожу пальцами по татуировке Рози на ребрах. По компасу на груди – знаку его любви к авиации, – а потом замечаю то, чего еще никогда не видела. Прямо над его сердцем.

— Что это? – Я веду указательным пальцем по чернилам. Лев резко вдыхает, будто татуировка еще не зажила, а потом отводит взгляд, краснея.

— Ты знаешь что, – ворчит он.

— Два голубка, – выдавливаю я. – Мы?

Наступает недолгое молчание, а потом он кивает.

— Мы.

— Когда ты ее сделал?

— В тот день, когда ты меня отвергла. – Мы переплетаем пальцы. – И я знал, что это все равно неважно, потому что я всегда буду твоим.

Его член все еще пульсирует и подрагивает между моих ног.

— Мне нравится. – Я наклоняюсь и соблазнительно провожу по ней языком. – Талия ее видела?

Лев сердито раздувает ноздри.

— Видела. А если бы и нет, неужели ты правда думаешь, что она сама не догадалась бы о моих чувствах к тебе?