Книга Порочный ангел, страница 101 – Л. Дж. Шэн

Моя сестра Дарья тоже на борту со своим мужем Пенном и их дочерью Крессидой, которой скоро исполнится два года. Мы не разговаривали с того дня, когда она порывалась увидеться со мной в присутствии Талии. Но вовсе не потому, что сестра не пыталась. И теперь, когда она прямо передо мной, чувство вины во мне так сильно, что я едва могу дышать.

Лев сейчас в кабине пилота и за все время перелета не сказал мне ни слова. Я то и дело тереблю свой браслет с голубком, пытаясь убедить себя, что мы справимся, но уже не уверена.

Дарья первой преодолевает царящее вокруг напряжение. Взмахивает рукой и закатывает васильковые глаза.

— Все так и будут делать вид, будто Бейли не отравляет сейчас наше существование? Да во имя Маркса, она все равно Селена, даже если прикинулась Хейли!^[24]

— Она вообще по-английски говорит? – спрашивает дядя Трент у тети Эди.

Эди вздыхает.

— Это отсылка к поп-культуре.

— Дарья, – в ужасе шепчу я. – Прости за… ну, ты знаешь.

Дарья ухмыляется.

— Извинения приняты. Пора разбить лед. Я скучала, сестренка! – Она бросается ко мне и втискивается в мое узкое кресло.

Я вся съеживаюсь, уткнувшись носом в томик стихов Рупи Каур в мягкой обложке. Ступни в носках утопают в мягкой кожаной обивке кремового цвета.

— Вот. Лед тронулся. – Дарья обнимает меня так же страстно и крепко, как таит обиду на заклятого врага. То есть сейчас меня душат до смерти.

— Больше похоже, что ты налетела на айсберг, как «Титаник». – Найт потягивает смузи из закусочной, ради которого в прямом смысле слова заставил нас сделать остановку в Юте. – Кстати, отличные буйки.

— Я сделаю из тебя киригами^[25] разделочным ножом, если еще хоть раз отпустишь шутку про сиськи в адрес моей жены, – радостно объявляет Пенн. – И постараюсь, чтобы крови пролилось побольше.

— Аккуратнее, здесь бежевые ковры, – ворчит дядя Вишес.

— Слушайте, может, обратим внимание на то, что Бейли освоила ВНФ? Никогда не думала, что доживу до этого дня, – хмыкает Дарья.

— Что такое ВНФ? – хмурится мама. Все внутри переворачивается, потому что моей сестре неведомы никакие фильтры, кроме тех, что в телефоне.

— Вечно Недовольная Физиономия, – подсказывает Найт в тот же миг, когда Луна напевает: – Всемирный Независимый Фонд!

Благослови ее боже.

— Я вам не мешаю? Я вообще-то читаю. – Смеряю сестру хмурым взглядом. Бесит, что Лев в кабине пилота. Мне всегда спокойнее, когда он рядом. И это меня сейчас тоже бесит.

— Да плевать, сучка. Это поэзия. За сюжетом следить не нужно. – Дарья закатывает глаза. – А еще Сисси хочет поздороваться.

Крессида, ее не такое уж и секретное оружие, залезает ко мне на колени, разрушая мои психологические барьеры. Я обожаю свою племянницу. Копна светлых кудрей щекочет мой подбородок. Сисси карабкается по мне, маня своими толстенькими пальчиками и румяными щечками. Пухлой ручкой пытается схватить меня за нос.

— Бейбли! Я уклала твой нос.

— О нет! Теперь я не могу дышать! – Я откладываю книгу и прижимаю ее ближе к груди. Она, заливаясь смехом, делает вид, что прикручивает его обратно к лицу.

Не знаю, как такое невинное создание могло родиться у кого-то настолько коварного. Моя сестра – само олицетворение красивой злодейки. Свежее личико, длинные ноги, сексуальное тело, облаченное в розовое теннисное платье, блестящие светлые волосы, собранные в высокий гладкий хвост. Она всегда выглядит так, словно только что закончила съемку для разворота Vogue, и никогда не извиняется ни за то, какая она есть, ни за свои желания.