Книга Изменой не считается, страница 68 – Юля Гром

— Вот бы ты навстречу ко мне так бежала, — голос, который я узнаю из тысячи. Голос, от которого леденеют ладони.

Останавливаюсь, хотя хочется бежать без оглядки. Тимур встает передо мной, жадно всматривается в лицо, затем опускает взгляд на припухшие после вчерашнего сексуального марафона губы.

— Здравствуй, любимая, — из его уст прекрасное слово звучит омерзительно.

— И тебе не хворать, — отступаю назад. Тимур загорелый, отдохнувший. В хорошем настроении.

— Я скучал по твоим колкостям, — тянется, чтобы поцеловать, но я отворачиваюсь, сжав губы.

В этот момент замечаю, что знакомый внедорожник паркуется у моего подъезда, вызывая у меня приступ тахикардии. Меня словно с головой погружают в раскаленную лаву. Я до ужаса боюсь их встречи. Мне кажется, случится непоправимое.

— В чем дело? Ты не прилетела ко мне на отдых, теперь не даешь поцеловать. И как это понимать?

Голос его, как всегда, звучит спокойно, но действует на нервы похлеще любого крика. Я смотрю сквозь него на машину и молюсь, чтобы Леша меня не заметил.

— Может, ответишь на звонок, — приказывает, когда из моей сумки раздается настойчивая мелодия телефона. Мне даже смотреть не надо, я знаю, что это шибанутый. Нахожу гаджет, сбрасываю вызов. И перевожу взгляд в сторону внедорожника.

— Тимур, мне сейчас некогда. Предлагаю встретиться в кафе и тихо-спокойно обсудить наши дела.

Он замечает, куда я все время смотрю, но ничего, кроме припаркованных в ряд машин, не видит и тут же теряет интерес.

— Перед твоим отпуском я сказала, что ухожу от тебя. Ничего не изменилось.

Телефон снова звонит. Музыка действует, как соль на рану. Напряженное тело вздрагивает.

— Или ответь, или выруби его к чертям собачьим, — неожиданно Тимур вскипает, но тут же берет себя в руки. Приглаживает волосы и смахивает с пиджака пылинку.

Я вижу сквозь листву деревьев, как Алексей с огромным букетом пионов выходит из машины, прогуливается вдоль дороги.

— Тимур, уезжай, — психую, ведь шибанутый может в любую секунду заметить нас, и страшно представить, что будет.

— Сейчас не время и не место для таких важных разговоров, на днях я приеду, и мы все обсудим, — говорит он тихим, вкрадчивым голосом и встает совсем близко.

— Я сменила замки. Ты больше не сможешь приезжать. Поэтому предлагаю встретиться в кафе.

— У тебя кто-то появился, — произнеся фразу с утвердительной интонацией, сжимает челюсти. — Теперь ясно, откуда такие бунты.

— Это тебя не касается, — сердце мощными быстрыми ударами взрывает грудную клетку.

Я вижу, как высокая фигура подходит к подъезду, с этого места ему легко нас увидеть.

— Уезжай, — переминаюсь с ноги на ногу, сжимаю до хруста мобильник.

— Конечно, я сейчас уеду, потому что спешу. Я дам тебе день успокоиться, ты не в себе сейчас, — резко протягивает руку и дергает к себе.

Уворачиваюсь от поцелуя. Губы Тимура скользят по щеке, вызывая во мне приступ тошноты. Отшатываюсь. Не знаю, как до сих пор меня еще ноги держат.

— Я думал, что ты умная девочка, а ты полная дура, если готова пожертвовать свободой своей сестры ради нового члена.

— Если ты пойдешь в полицию, я все расскажу твоей жене и ее отцу. О нас с тобой, что мы столько лет вместе.

— Ты думаешь, я боюсь реакции жены?

— Конечно, не боишься. Но нервы тебе тесть попортит. Подумай, нужно ли тебе так подставляться.