Книга Изменой не считается, страница 19 – Юля Гром

— Я вообще-то пытаюсь устранить засор.

— Хм, ясно, — задумчиво тянет мой собеседник. — Ну ладно, мне пора.

Невежливо закончив разговор, Лешка оставляет меня в полной растерянности. Провозившись безрезультатно с засором, набираю ЖЭК. Хамоватая женщина обещает мне завтра прислать сантехника.

Снова сажусь за статью. Погрузившись в работу, даже не замечаю, сколько проходит времени.

Резкий звонок в дверь заставляет вздрогнуть. Ко мне никто не приходит в гости, кроме Тимура. От мысли, что это он, сразу становится зябко. Я поднимаюсь с дивана и иду в прихожую. Медленно, словно на казнь. Смотрю в глазок и сначала не верю глазам. Высокая фигура, широченные плечи, очень напоминающие Ермакова. Но как он здесь оказался? Быстро поворачиваю ключ и открываю дверь.

Леша поднимает голову, встречаемся глазами. Меня топит в теплой, ласковой энергетике. Улыбка и мои любимые ямочки на щеках.

— Не ждали, а мы приперлись, — звонкий голос разлетается по подъезду. И я не сразу понимаю, кто это «мы». Пока мои глаза не сползают вниз, где сидит большой, грозного вида доберман. В зубах он держит бордовую розу.

— Ой, какая прелесть, — верещу, прижимая ладони к груди.

— А меня когда-нибудь будут встречать с таким восторгом? Или вся любовь будет Трюфелю доставаться?

— Трюфель? — переспрашиваю, потому что не очень вяжется с таким грозным псом название конфет.

— Ага. Трюфель или Труфи, Трюф. Я сладкое люблю.

Опускаюсь на колени, забираю розу и начинаю играться с красавчиком. С него тут же слетает маска серьезности, и он превращается в добродушного милаху, совсем как хозяин.

— Кобель. Любит он девчонок, — вздохнув, качает головой.

— Весь в тебя.

— Я уже определился. Так что все твои обвинения мимо. Дайте мне пройти, — Лешка заходит в маленький коридор, тут же заполняя все пространство и принося с собой запах гари.

— Почему от тебя так пахнет и толстовка в саже?

— Так говорю же, на рыбалке был. Костер разводили, чтобы уху сварить. Ты что, не поверила? Или, как ревнивой жене, улов предъявить? — снимает кроссовки и кладет чемоданчик с инструментами на пуфик.

Не знаю. Звучит не очень правдоподобно. Но это его дело, где он был и что делал. Меня это не должно волновать.

Пока мы играем с Трюфом, Лешка уходит на кухню.

— Я смотрю, ты тоже любитель сладкого, — кивает на гору фантиков на столе.

— К сожалению, без шоколадных конфет не могу работать. Ну, и когда волнуюсь.

— Учту и в следующий раз с конфетами приеду. А до моего прихода ты работала или волновалась? — подходит совсем близко, заставляя смущаться как школьница. Сжимает пальцами талию так сильно, что я начинаю задыхаться от переизбытка чувств. Устоять против Лешкиного обаяния невозможно, а против его чар нет брони. Его собственнические грубоватые замашки лишают меня способности трезво мыслить. Карие глаза наполняются теплом и возбуждением. Его дыхание становится глубже. Ситуация все опаснее.

— А ты зачем сорвался с рыбалки ко мне? — поправляю волосы, не зная, куда деть руки. Лешка делает еще шаг, вынуждая прижаться к стене.

— Сегодня я буду твоим сантехником, детка, — снимает толстовку и футболку, специально демонстрируя идеальное тело.

— Звучит пошловато. Как в фильмах для взрослых, — закусываю губу, чувствуя жар и вибрацию во всем теле.