Книга Присвою навсегда, страница 38 – Юля Гром

Пребывая в шоке, не знаю, как вообще реагировать на поступок Олеси. Она ведь моя подруга. И Зевс тоже хорош. Слова такие говорил, я, конечно, не верила, но сейчас в груди невыносимо жжет. И он, наверное, думает, что вернется, и я его приму после подруги. Как мерзко. Отпустил бы меня, если нравится развлекаться с другими женщинами.

Уснуть у меня, конечно, не получается. Прислушиваясь к каждому шороху, подхожу к окну, брожу бесцельно по дому. Звоню подруге, но трубку она не берет.

Почему я переживаю? Мне какое дело?

Не переставая себя ругать, возвращаюсь в постель и только под утро засыпаю.

Проснувшись с жуткой головной болью, набрасываю халат и направляюсь в душ. Подушка Зевса не примята. Неужели он с Олесей провел всю ночь и даже домой не возвращался?

Снова напоминаю себе, что это не мое дело. Чем меньше я вижу Зевса, тем лучше. Может, вообще, зверь скоро наиграется мною и отпустит.

Быстро собравшись в институт, захожу на кухню. Выпив чашку кофе, отказываюсь от завтрака. Кусок в горло не лезет, до сих пор чувствую на языке тошнотворный привкус предательства.

— Привет, — радостно приветствует меня Лысый, когда сажусь к нему в машину.

— Привет, — сдержанно ответив, нацепляю солнечные очки, чтобы скрыть жуткие синяки под глазами. — А где Зевс? — стараюсь, чтобы голос звучал не слишком заинтересованно.

— Зачем он тебе? — подмигивает через зеркало Лысый.

Действительно. Я, наоборот, должна радоваться, что его нет рядом, и могу хоть немного почувствовать себя свободнее.

— Просто любопытно.

— С подругой, наверное, твоей развлекается. Видел, что они вместе уезжали вечером. Я же говорил, что он беспринципная сволочь, а ты не веришь. Радуйся, что он на другую девку переключился.

— Сделай музыку громче, — не желаю больше продолжать неприятный разговор.

Чувствую себя обманутой женой, которая, как всегда, узнает об измене самой последней.

Дмитрий останавливается возле института и, как назло, возле главного входа стоит вся моя группа, и когда я выхожу из машины, все оборачиваются и с любопытством разглядывают меня.

— Ты клад, что ли, нашла? — обступают меня одногруппницы. — Шмотки брендовые, на машине крутой привозят.

— Машка, колись, — не отстают от меня девчонки, пока я спешу зайти в аудиторию.

— Ну что вы? Какой клад?

— Ну, тогда мужчину богатого нашла.

— Нашла, — отмахиваюсь от них, не желаю углубляться в тему. Достаю конспект, ручку. Сажусь на свое место.

— Ну расскажи, Маш.

— Чего тут рассказывать, — неожиданно появляется Илья и с мерзкой ухмылочкой рассматривает меня. — В шлюхи пошла наша Маша. Сколько стоишь? Хотя не говори, все равно не потяну.

— Ну зачем ты так? — чувствуя вину перед ним, стараюсь сгладить острые углы.

— А как надо? — вспылив, парень хватает свой рюкзак и брезгливо смотрит на меня, словно я заразная. — Прекратила со мной общаться. Я не знал, что думать. Оказалось все проще. Просто я нищий и не подхожу тебе, — пересаживается от меня в другой конец аудитории.

Нашу ссору, к счастью, прерывает преподаватель, иначе не знаю, чем бы это закончилось. Пары высиживаю с трудом. Обидные слова постоянно звучат в голове, я слышу за спиной язвительный шепот. Кто-то видел меня с Зевсом, теперь меня называют бандитской подстилкой.

Весь день звоню Олесе, сама не знаю для чего. Она постоянно сбрасывает звонки, пока не заносит номер в черный список. Вот и пришел нашей дружбе конец. Не думала, что это может произойти из-за мужчины. Теперь кроме мамы у меня не осталось близких людей. На глаза наворачиваются слезы, и сердце сжимается.