Книга Безжалостный. Подчиню себе, страница 77 – Юля Гром

— Сука, — достает пистолет и направляет на Катю.

А я вижу, как на его рубашке расползается мерзкое красное пятно.

— Я не сдамся, — сестра не глядя пятится назад. Еще один шаг. — Неееет.

— Не смотри вниз, — приказывает Клим, тяжело дыша. Он медленно оседает на пол.

— Клим, любимый, — бросаюсь к нему. — Держись.

— Все будет у тебя хорошо, непослушная девчонка, — из последних сил обнимает меня и прикасается горячими губами.

— У нас, Клим. Слышишь, не смей меня оставлять. Клиим.

— Анна, пожалуйста, поговорите с Аресом. Он только вас послушает, — встречает меня в больнице охранник Клима.

— А что случилось? — от услышанного нервная дрожь охватывает все тело.

Когда час назад я уходила из палаты, все было нормально. Неужели состояние ухудшилось?

— Он с врачом поругался и нас послал, когда мы пытались его остановить. Арес хочет уйти из больницы.

— Я попробую что-нибудь сделать.

Клим неисправим. Всегда ненавидел больницы.

Я жутко за него испугалась. Все было в крови. Пока мы мчались до больницы, я думала, мы не успеем. Как могла, я гнала от себя плохие мысли, запрещала себе истерики. Но глядя на любимого без сознания, слезы сами текли по щекам.

Только сидя в коридоре рядом с операционной, я дала волю эмоциям. Меня забрала медсестра и увела в палату, кажется, мне вкололи успокоительное.

Часы операции казались бесконечными, мне оставалось только ждать и тихо сходить с ума от волнения.

К счастью, операция прошла, но радоваться было рано.

Врачи очень осторожно давали прогнозы. Слишком сложное было ранение.

Несколько дней в реанимации. Ни есть, ни спать я не могла. Ждала, когда мой Арес очнется.

Дни смешались в одну беспросветную ночь. И конца ей не было. Его друзья постоянно были рядом и очень сильно меня поддерживали. Только когда врач сказал, что опасности для жизни нет, мы все немного пришли в себя. А вот сейчас он уже ругается со всеми.

Я захожу в палату и вижу, как Клим пытается встать.

— Ты опять лютуешь? — спешу ему помочь.

— Я сам.

Не позволяет себе помогать. Встает покачиваясь. Вижу, как ему тяжело, но виду не подает.

— Мне на тебя жалуются.

Смотрю на него, и меня распирает от радости. Мой сильный и самый лучший мужчина. Как же я его люблю. Не хочу думать, что я могла его потерять навсегда.

— Врут, — отвечает хмуро.

— Ты ведь не знаешь, что мне сказали, — подхожу близко и осторожно обнимаю.

— Все равно врут, — нежно касается меня губами, окружая теплотой.

— Клим, у тебя серьезное ранение. Нельзя сейчас уходить из больницы.

— Мне дома будет лучше. Мое главное лекарство — это ты. Больше ничего не нужно.

— Но я здесь, с тобой рядом.

— Сил нет больше. Уже тошнит от белых стен. Я здоров, как бык. Все пусть выписывают.

Спорить с ним бесполезно.

— Но с одним условием, — целую его в колючую щеку, наслаждаясь близостью. Хочется ловить каждую секунду, проведенную вместе.

— Какие еще условия? — на мои ягодицы ложатся ладони, и я оказываюсь в плену крепких объятий.

— Постельный режим. Из дома не выходишь. Забываешь про работу, встречи, разборки, телефон, ноутбук.

— Если постельный режим будет с тобой, то я вообще не вылезу из кровати.

— Нет. Никакого секса пока.

— Мучительница. Но мы еще посмотрим.

Получив все рекомендации от врача, мы едем домой. Не свожу глаз с Клима. Волнуюсь, что ему может стать хуже.