Книга Безжалостный. Подчиню себе, страница 31 – Юля Гром

Звенит пряжка ремня, складочек касается горячая головка члена. Я выгибаюсь и с громким стоном закатываю глаза.

— Отпусти меня, — пробую свести ноги вместе.

— Скажи, что ты с ним не трахалась, — сжимает грудь. – Я же разорву тебя сейчас. Умоляй, проси о пощаде.

Грубый, хрипловатый голос заставляет дрожать. Я ничего уже не смогу изменить. Клим запер нас в темной комнате, его власть надо мной усиливается с каждой секундой. Его руки, как стальные оковы, сжимают хрупкое тело, лишая свободы.

Один рывок, и платье летит на пол. Голая, униженная, я сижу перед ним и дрожу от беззащитности. Закрываю грудь руками.

— Не молчи. Отвечай, — приказ железным тоном не оставляет мне выбора.

Делаю вид, что мне не страшно, смотрю в глаза Ареса. Хищные, совершенно дикие. Моя смелость тут же улетучивается. В жилах стынет кровь от разъяренного лица, на котором явно считывается похоть, ревность, злость.

В сексе он всегда был безумным и диким. Мы могли заниматься грязным животным сексом без устали. Климу всегда было меня мало.

Вот и сейчас он вгрызается в мою нежную плоть, оставляя красные отметины. Я его вещь, его игрушка. Сломает и выбросит.

Я не переживу эту ночь. Он погубит меня. Не пожалеет. Я не смогу снова собрать свое израненное сердце. Оно же вдребезги.

Грубо разводит мои руки, и холодный воздух скользит по груди. Соски каменеют, изнывая и требуя ласк. Предательское желание и страсть овладевают мной. Так было всегда. Я вспыхивала от одного его взгляда, от одного прикосновения. Арес, как умелый кукловод, всегда знал, как мной руководить и как доставить мне удовольствие.

Потому что он дикий, сумасшедший, мой. Был моим когда-то. Клим любил меня до безумия, до сумасшествия хотел. А потом с легкостью уничтожил.

— Отвечай, — пожирает глазами, исследует ладонями обнаженное тело.

— А ты поверишь? — смотрю в его глаза и вижу свое отражение в дьявольском огне.

Знаю, что не поверит.

— Убеди меня, — цепенею, пока он жадно разглядывает мое тело и задерживается на груди.

Никто и никогда не смотрел на меня так страстно. Алчно сжирая взглядом. Пошло. Жадно.

— Да пошел ты, — вспыхиваю от возмущения, дергаюсь, отталкиваю его, но Арес обхватывает лицо пятерней и набрасывается на мои губы.

Не успеваю набрать в легкие воздуха и теперь задыхаюсь, потому что поцелуй длится очень долго.

Ногти впиваются в его широкие плечи. Под пальцами бугрятся мышцы. Какой же он огромный. Как будто высечен из камня. Я в его руках как тростинка. Сильнее сожмет, и я сломаюсь.

У меня перехватывает дыхание от его силы, от бешеной энергетики. Тестостерона в комнате становится слишком много.

Властные губы продолжают меня терзать. Арес пожирает меня, наши языки сплетаются.

Сжимаю пальцы до боли, дергаю его за рубашку, и верхняя пуговица со звоном приземляется на пол.

Смотрит прямо в глаза, душу выворачивает наизнанку.

— Дерзишь? Разве ты не поняла, что бесполезно сопротивляться. Ты моя. И будешь делать все, что я захочу.

Я дрожу, когда Арес обхватывает грудь и прикусывает сосок с громким стоном. Кусает, лижет, дразнит.

— Ах, — держусь из последних сил, борюсь с возбуждением, но я слишком слаба, слишком беззащитна перед напором бывшего.

— А сейчас я хочу тебя трахнуть. Ты мне задолжала очень много оргазмов.