Книга Гордость и предупреждение, страница 65 – Любовь Левшинова

— Это место для тех, кто постарше, – ответил за Марка Ваня, опираясь локтями на колени, чтобы видеть за Славяновой брюнетку. Кажется, он учился на втором курсе с Надей. – Кроме вас, девчонки. Мы рады вас здесь видеть, – расплылся в обескураживающей улыбке он, пристально смотря на Дрейк.

Татум наклонила голову вбок, коротко облизнулась на его отдающий нахальством комментарий.

— Заюш, остынь, – мягко улыбнулась она. – Я старше тебя. К тому же как посмотрит на твои заигрывания твоя девушка?

Марк зашелся звонким смехом, видя глупую осечку друга. Ему начинала нравиться Татум, Примусов редко ставили даже играючи на место. Девчонка была либо смелой, либо ничего о них не знала. Но наблюдать за перепалкой было весело.

— Потанцуем? – Надя решила разрядить обстановку и посмотрела на Тат.

Дрейк довольно кивнула, уводя Славянову от жадных глаз Марка на первый этаж.

На каблуках и в юбке двигаться было неудобно, но Тат не заботилась о грации: отрывалась, как в последний раз, прыгая под бит. В ней было два стакана холодного мохито, сознание обволокла приятная вата, яркая атмосфера, вдохновленная русским авангардом двадцатого века, слепила глаза.

Надя же двигалась грациозно, женственно, красиво водила руками по телу и смотрела томно. Дрейк видела в этом лишь один плюс: она могла смотреть на девчонку, восхищаясь ее танцами. На себя Татум смотреть не могла, для незнакомых людей стараться было лень.

Марк присоединился к ним в танцующей толпе неожиданно. Двигался под музыку рядом с девушками, постепенно оттесняя Славянову в сторону, чтобы танцевать только с ней.

Дрейк внимательно посмотрела на подругу, Надя кивнула: все нормально, она не против. Сухоруков явно к ней неровно дышал. Если сможет выдержать честность девушки, они будут красивой парой. Мальчик с обложки журнала и пепельная блондинка, больше похожая на ангела.

К Дрейк со спины, танцуя, тоже подошел парень. Незнакомый курчавый брюнет с кавказкой внешностью. Татум не смотрела их совместимость по гороскопу: эти десять минут, пока она танцевала, ей было все равно, с кем.

Парень улыбался, сверкая черными глазами, положил руки ей на талию. Татум виляла бедрами, устав от интенсивных прыжков. Поворачивалась к парню спиной, приседала и вставала, оттопырив зад, как учила Риз Уизерспун в «Блондинке в законе». Ей было весело.

Игнорируемые сообщения от Виктора начали казаться сном из прошлой жизни, она успела поверить, что сможет спустить все на тормозах. Легко говорить про дерзость и честность по отношению к незнакомым людям, чье мнение для тебя ничего не значит и у которых нет власти над твоей жизнью.

Она была лицемеркой. Танцуя под заводные биты, окутанная сладким запахом коктейлей и незнакомого парня, она боялась отголоска из прошлого и не могла язвительно высказать его владельцу все, что думала. Она была трусихой.

Активная песня сменилась спокойным медляком, Татум хотела повернуться к незнакомцу, в чьих объятиях двигалась три предыдущих трека, но руки парня неожиданно исчезли с ее талии.

Повернувшись, она увидела Вертинского. Он стоял напротив кудрявого, был ниже на полголовы, но смотрел свысока. Прямо, давяще. Дрейк нахмурилась, молча наблюдая за немой сценой несколько секунд, но, когда хотела уже что-то сказать, ее партнер по танцам просто ушел, растворившись к толпе. Крис повернулся к ней.