Книга Голые души, страница 102 – Любовь Левшинова

Татум снисходительно кивнула.

— Вот именно, Саш. На таком уровне. Тоже мне автомеханики, про лошадиные силы они говорят – такой диалог и второклашка поддержит. – Дрейк фыркнула и с удовольствием отправила в рот вилку с лапшой. – К тому же в «Бентли» восемь цилиндров, так что здесь даже спорить не о чем, – заявила она, пожав плечами.

Крис засмеялся, покачав головой, быстро прикончил свой салат. Он постоянно украдкой поглядывал на Люка, стараясь уловить детали, что изменились в друге.

Волосы отрасли и начали виться, золотистая щетина поблескивала на подбородке в свете ламп, улыбка, как всегда, была широкой и притягательной для девчонок, жесты расслабленные – Люк будто нашел свое место в этом мире.

Раньше он был типичным воплощением творческой натуры: беспокойным, светлым, но вечно растрепанным человеком с мыслями в разных углах. Люк не был цельным. Поиск и привел его в ту ночь на драку. И, видимо, он себя нашел.

Повязка. Конечно, она была заметна, черная, кожаная, плотно прилегающая к лицу. Саня постоянно на нее косился, но боялся лезть с расспросами. Крис думал, что парню пора начать работать над самооценкой: несмотря на его причастность к Примусам, участие в потасовках и родительские деньги, Саня в их компании был той самой нервозной целочкой, оглядывающейся на друзей, прежде чем высказать собственное мнение.

— Как вы познакомились с Татум? – Вертинский откинулся на спинке дивана, раскинув руки, перевел взгляд с Люка на Дрейк.

Насколько хорошее у судьбы чувство юмора, раз его бывший лучший друг общался именно с Тат?

Люк усмехнулся, с иронией взглянув на подругу, кивнул Крису.

— Она пришла ко мне в больницу. После того случая. – Краем глаза он заметил любопытство на лице Сани и благосклонно пояснил: – Драка. – Он коротко пожал плечами и вернулся к рассказу. – Дрейк пришла через неделю после того, как я очнулся и понял, что у меня амнезия.

Крис сглотнул.

Люк говорил об этом спокойно, будто перечислял, что съел за обедом в субботу. Дрейк только легко улыбалась: выработала в себе привычку отрешенно воспринимать информацию из прошлого рядом с другом.

К тому же частью сознания она практически начала верить в то, что познакомилась с Люком в кружке рисования, а не на пустыре, идя стенка на стенку.

— Тебе надо было стать не художником, а драматургом, господи, – фыркнула Тат. – К чему эти паузы?

— Тихо, не мешай, – шикнул на нее Крис и хохотнул, кивая на друга, – интересно же.

— Ладно-ладно. – Дрейк закатила глаза и подняла руки в жесте «сдаюсь», пихнув Криса локтем в бок.

Люк улыбнулся этой маленькой любовной сценке.

— Она представилась и сказала, что я должен ей два косаря. – Он развел руками.

Вертинский своим взрывом смеха испугал людей за соседним столиком.

— Очень в ее стиле, – согласился Крис, бросая шутливо-укоризненный взгляд на Татум.

Дрейк на это только пожала плечами и принялась доедать лапшу.

— Потом я это понял, – усмехнулся Люк. – Но оказалось, мы познакомились на пробном занятии по рисованию, она пришла проведать меня, – пояснил он. – Благодаря этому я потом и занялся живописью. – Он с благодарностью посмотрел на Тат, и она медленно прикрыла глаза, отвечая пониманием. – Не знаю, мы как-то поймали одну волну, и вот уже три года прошло, как она меня достает, – подколол он подругу, а Дрейк лишь улыбнулась и метко запустила в парня оливку с вилки на манер катапульты.