Книга Воронов. Жена по контракту, страница 31 – Кира Арден

— У меня есть кое-что, чего нет у Вадима. Десять лет я вела его личную бухгалтерию. Не фирменную - личную. Я знаю пароли от его облачного хранилища, которые он не менял с две тысячи восемнадцатого года, потому что считал меня слишком глупой, чтобы ими воспользоваться.

Элеонора Георгиевна не пошевелилась. Только её взгляд стал чуть острее.

Я вошла в хранилище. Пальцы не дрожали - я делала то единственное, что умела делать хорошо: разбираться в бумагах человека, который думал, что я ничего не вижу. Несколько секунд ожидания, пока подгружались файлы.

Переписка Вадима с Илоной. Три дня назад. Подробная, деловая, с конкретными инструкциями: как использовать мои паспортные данные для открытия транзитного счёта через подставную контору, как организовать удалённый доступ к моему телефону, чтобы след вёл от моего IP-адреса. Вадим даже уточнял детали — въедливо, по-бухгалтерски, как человек, который всю жизнь страховался от всего.

Я развернула экран к хозяйке дома.

— Вот ваши факты, Элеонора Георгиевна. Мой бывший муж планировал это за три дня до того, как я вошла в этот дом. Он заготовил ловушку заранее - на случай, если я не вернусь. Это не месть брошенного мужа. Это спланированная операция в интересах Илоны.

В зимнем саду стояла полная тишина, если не считать тихого плеска фонтана. Элеонора долго смотрела на экран. Её лицо не изменилось — но что-то в нём сдвинулось. Та особая неподвижность, которая бывает у людей, когда они пересматривают уже принятое решение.

Она медленно взяла папку с банковскими выписками и отодвинула её в сторону.

— Вы умная женщина, Елена.

— Нет, - покачала я головой. - Я просто прожила рядом с трусливым человеком достаточно долго, чтобы знать, как он страхуется.

Пауза. Фонтан негромко журчал в темноте.

— И всё же, - проговорила Элеонора после долгого молчания, - я хочу понять одну вещь.

Она достала из кармана кардигана сложенный вдвое лист плотной бумаги и ручку с золотым пером. Положила передо мной.

Я развернула лист. Чистосердечное признание в краже, составленное от моего имени. В самом низу — пустая строка для подписи.

— Подпишите это, - ровным тоном произнесла она. - Утром мы передадим документ Вадиму, он отзовёт заявление, получив деньги из моего личного фонда. Вы соберёте вещи и уйдёте из жизни Демида. Контракт будет спасён, его репутация останется безупречной, а Арина останется с отцом.

Она достала второй листок — банковский чек с открытой суммой.

— А это ваша компенсация. Впишите любые цифры. Вам хватит на спокойную жизнь где-нибудь в Европе. Если вы действительно любите его, Елена, вы сделаете это.

Я смотрела на чек. Понимала всю дьявольскую точность этой ловушки. Меня загнали в угол, используя мои же собственные слова за ужином. Если я подпишу — уничтожу себя, но спасу человека, ради которого ввязалась в эту игру. Откажусь — докажу им, что я лицемерка, и Демид потеряет дело всей своей жизни.

Я медленно протянула руку и взяла ручку с золотым пером.

Элеонора Георгиевна удовлетворённо выдохнула, откинувшись на спинку кресла.

Я зажала ручку в пальцах и посмотрела на чек, а потом на чистосердечное признание, и аккуратно разорвала оба листа пополам. Белый снег бумажных клочков осыпался на тёмный кафель.

Лицо хозяйки дома мгновенно окаменело.