Книга Измена. Я больше тебе не принадлежу, страница 24 – Кира Арден

И самое страшное в этой любви то, что она лишена эгоизма. Я сейчас даже не хочу, чтобы она была моей. Я готов навсегда исчезнуть из ее жизни, готов уехать обратно в пустыню, готов терпеть то, что она меня ненавидит. Только бы знать, что она жива и смеется тем самым смехом, запрокинув голову, а не прячется в золотой клетке с синяками на руках.

Часы на стене тихо отбивают час ночи.

Город внизу постепенно замедляет свой ритм. Завтра будет новый день. Завтра мне придется снова надеть костюм, ехать на переговоры и делать вид, что я контролирую эту жизнь.

Внезапно тишину комнаты нарушает звонок телефона. Наверное, кто-то из подрядчиков накосячил на ночной смене. Или Стас напился в каком-нибудь клубе и решил позвонить.

Я лениво тянусь к телефону, беру его в руку. И вся кровь в моем теле разом отливает от лица, а сердце начинает стучать с удвоенной скоростью.

На заблокированном экране светится одно непрочитанное сообщение. Имя отправителя заставляет пульс подскочить до критической отметки.

Ника.

Я смахиваю блокировку, открываю чат.

Сообщение пришло минуту назад, и в нем всего два слова.

«Можешь приехать?»

Я вскакиваю с кресла и срываю с вешалки ключи от машины. Мне плевать, что она сказала своему мужу. И я даже не задумываюсь, ловушка это или нет.

Я уже бегу к лифту.

Я сижу на краю узкой кровати в простом сетевом отеле где-то в районе Бауманской и смотрю на мигающий диод дымоуловителя на потолке. Окно выходит на глухую кирпичную стену соседнего здания. Я немного усмехаюсь этому виду. Здесь нет панорамных видов на ночную Москву, мраморных полов и системы «умный дом». В номере стоит скрипучий мини-холодильник и абсолютная свобода, от которой меня трясет мелкой дрожью.

Когда два часа назад Дима произнес: «Я знаю, что ты с ним встречаешься» , — он ждал истерики. Он ждал, что я начну оправдываться, плакать, клясться, что между нами ничего нет. Он стоял посреди нашей гостиной, засунув руки в карманы, и смотрел на меня с превосходством дрессировщика, который наконец-то поймал зверя на горячем. Он уже приготовил наказание. Он уже расписал в своей голове, как заставит ползать на коленях, вымаливая прощение за разрушенное доверие.

Но я не стала оправдываться.

Я посмотрела в его пустые глаза, в которых не было ни капли любви, а только жажда тотального контроля, и внутри меня что-то окончательно сломилось.

— Я ухожу, - сказала я абсолютно ровным голосом.

Я развернулась, прошла в спальню, достала с верхней полки спортивную сумку. Бросила туда паспорт, косметичку, белье и первый попавшийся свитер. Дима шел за мной по пятам, и бесконечно твердил о том, что я пожалею. Он говорил, что я приползу обратно через два дня, когда пойму, что без него я никто. Давит тем, что он заблокирует мои счета и размажет мое агентство.

Я не ответила ни на одно его слово. Я просто молча застегнула молнию на сумке, надела пальто и вышла за дверь. После того как за мной закрылась дверь лифта, я осела на пол кабины, задыхаясь от панической атаки, которая накрыла меня с такой силой, что я едва не потеряла сознание.

И вот я здесь. Я смотрю на экран своего телефона, брошенного на прикроватную тумбочку. На нем светится одно-единственное отправленное сообщение: «Можешь приехать?» с геолокацией этого отеля.