Книга Обольстительный пират, страница 72 – Минерва Спенсер

— Вы его унизили при свидетелях.

Хью покачал головой:

— Нет, это слишком примитивно — даже для Гастингса.

— Кто еще мог это сделать?

— Понятия не имею. — Хью почесал голову там, где шрам исчезал под волосами. — Остается только предположить, что это как-то связано с теми письмами с угрозами. Похоже, с ними дело так и не продвинулось?

— Я как раз собирался вам рассказать. В тот день, когда вы разбились, я говорил с агентом, и он сказал, что Гастингс не только никого не нанимает, но и больше того: по всей видимости, вообще распустил почти всех слуг.

— Он что, разорился?

Уилл кивнул:

— Да, он бегает от кредиторов.

— Это неудивительно. Ну, раз уж он никого не нанимает, надо найти другой способ пристроить кого-нибудь в его дом. Я тут подумал, что для этого пригодится Мартен.

Уилл моргнул:

— Ваш второй помощник? А что он может сделать?

— Когда я с ним познакомился, он работал в борделе в Новом Орлеане. Женщины к нему так и липли.

Уилл побледнел при слове «бордель»: возможно, надо было сказать, что Мартен активный прихожанин и ухаживает за прокаженными?

— И как вы предлагаете использовать его навыки? — спросил Уилл и неодобрительно поджал губы.

— Пусть заведет знакомство с кем-нибудь из оставшихся в Уитттоне служанок.

— Собираетесь пустить козла в огород?

Хью пожал плечами.

— Это не мой огород. Кроме того, лучше пусть он пасется в Уиттон-парке, чем в Лессинг-холле. Мы окажем леди Дейвенпорт огромную услугу, если сможем направить его энергию в нужное русло. — Хью покосился на возмущенное лицо друга и еле сдержался, чтобы не расхохотаться. — Или, может, ты сам попробуешь кого-то очаровать?

Уилл бросил на него испепеляющий взгляд:

— Ваш корабль вернется еще неизвестно когда — что нам делать до тех пор?

— При благоприятном ветре «Призрак» вернется через несколько недель, а до того времени просто будем предельно осторожны: теперь мы знаем, что надо проверять седла, экипажи — все, что только можно. И смотри, чтобы ни леди Дейвенпорт, ни ее дети не выходили из дома одни.

Уилл недовольно кивнул: все его мысли явно были заняты Мартеном.

Мальчишки прилипли к многострадальному Паше, и тот бросал на хозяина полные лошадиного мученичества взгляды.

— Ладно, кузены, вам пора на занятия. — Хью повернулся к Уиллу. — Пока что просто передай своему человеку, чтобы глаз не спускал с Гастингса. Когда вернется Мартен, я передам его в твои руки: используй его как знаешь. — Хью помолчал. — Прошу, поверь: ты не единственный, кому приходится терпеть его хамство.

Он с трудом сдерживал смех при мысли, что благовоспитанному Уиллу придется иметь дело с этим безнравственным золото-глазым ловеласом. — Наверное, стоит тебя предупредить…

— Предупредить — о чем, милорд?

— Ну, если у тебя есть на примете женщина, к которой испытываешь чувства, держи ее подальше от Мартена. Сомневаюсь, что хоть кому-то удавалось перед ним устоять.

Уилл с отвращением фыркнул с самым неодобрительным видом.

Хью запрокинул голову и расхохотался, но тут же был наказан за это острой болью в ребрах.

Дафна склонилась над «Neue oder anthropologische Kritik der Vernunft»^[1] Якоба Фридриха Фриза, рядом с книгой лежал немецко-английский словарь. Она надеялась дописать предварительный черновик очередной статьи до отъезда в Лондон. Под псевдонимом «Публий» было издано уже несколько научных статей, но после смерти Томаса она ничего не отправляла в Лондонское философское общество.